Онлайн книга «Кроваво-красные бисквиты»
|
– Это как же? – пугливо, но с надеждой во взоре спросила Стратонида Ивановна. – А ты подумай! – предложил чиновник особых поручений. – Что вы можете сделать, чтобы загладить вину. – Не знаю! – ответила, чуть помешкав, женщина. – Я знаю! – проговорил сын, который, нами уже было замечено, отличался от своей маменьки сообразительностью и природным чутьем. – Ну… – Кочкин перевел взгляд с хозяйки на сына. – Комнату вам надо получше… – Не получше, а лучшую. Лучшую комнату, которая есть в этой вашей, с позволения сказать, гостинице, и о цене мы будем договариваться сразу, а не потом. Если не договоримся, то уйдем к Мамыкиным. Понимаете, горе-коммерсанты? – Понимаем! – понуро мотнул головой Семен Евсеевич, а вместе с ним кивнула и мамаша. – Ну а раз понимаете, ведите нас в другую комнату, да поживее! Другая комната, которая, надо сказать, находилась по соседству, была лучше первой. Все там было в исправности, окна отличались чистотой, пол вымыт, на нем лежали половики, которые, судя по всему, недавно вытряхивали. – Ну, вот это уже совсем другое дело! – воскликнул Кочкин, когда вслед за хозяйкой и ее сыном переступил порог номера. Фон Шпинне остался стоять в коридоре, он предоставил своему чиновнику особых поручений полную свободу действий. – И почему, уважаемая хозяйка, – гремел голос Кочкина, – нельзя было нас сразу поселить сюда, почему вы разыграли перед нами целую аристофановскую комедию? После этих слов фон Шпинне хмыкнул, не думал он, что Кочкин знаком с древнегреческим комедиографом. – Да мы думали… – Знаю я, что вы думали. Нажиться вы хотели за чужой счет, вот что вы думали. А теперь, уважаемая, мы поговорим с тобой о цене этого номера. Во сколько он нам обойдется? – Да ни во сколько! – ответила Стратонида Ивановна и отвела глаза в сторону. – Что значит «ни во сколько»? – Да живите, раз люди хорошие. Нам не жалко… И нас, грешных, простите. – Так дело не пойдет! Сколько вы обычно берете за эту комнату? Хозяйка назвала сумму. Кочкин еще раз осмотрелся, потом взглянул, чуть высунувшись в коридор, на фон Шпинне, тот согласно кивнул. – Хорошо, мы заплатим вам эти деньги. Думаю, что номер этого стоит. После того как все было улажено, хозяйка с сыном ушли. Сыщики разделись и легли в чистые постели. Проспали до двенадцати часов дня. Их никто не беспокоил. Когда проснулись и привели себя в порядок, пошли искать хозяйку, чтобы расспросить. Стратонида Ивановна сидела в небольшой каморке, которая находилась внизу, и, стуча медными спицами, вязала носки из серой пряжи. Увидев постояльцев, она тотчас же бросила свое вязание и поспешила им навстречу. – Чайку не желаете? – Ну а почему бы и не выпить! – кивнул Фома Фомич. – Тогда милости просим вон туда, в комнату. Там у нас стол накрыт, и самовар уже вскипел! – Хозяйка вышла из каморки, прикрыла за собой дверь и повела постояльцев по коридору. Они, следуя за ней, вошли в большую, светлую комнату с сервированным столом и самоваром. Когда сыщики выпили по стакану чая и глаза их заметно подобрели, хозяйка решила, что как раз наступило время, и принялась просить прощения за утренний инцидент. – Ну что, простим ее? – посмотрел Фома Фомич на Кочкина. – Простим! – наливая себе второй стакан чая, кивнул тот. – Только с одним условием! – поднимая указательный палец правой руки, сказал фон Шпинне. |