Онлайн книга «Гигахрущ»
|
Ты недоуменно хмуришься. Абсолютно всем известно, что коммунисты исчезли больше тысячи циклов назад. Так кто же мог использовать их символику, расстреливая у стенки безобидного владельца паровой фабрики? Вернувшись домой в конце смены, ты обсуждаешь это с профессором Елизаветой Д’Еот – та хмурится, но лишь разводит руками. Ее худые плечи зябко дрожат от стоящего в ячейке холода. Срочно напоив ее чаем и укутав в плед, ты нежно обнимаешь любимую и обещаешь, что все будет хорошо и ты поймаешь убийцу. Положив тебе голову на плечо, твоя милая Лиза лишь горько улыбается в ответ. Она почти не слушает тебя. Кажется, мысли девушки сейчас где-то очень и очень далеко. В начале новой смены ты видишь изморозь на стенах блока. В ячейке ужасно холодно, даже поцелуи профессора Д’Еот уже не так горячат сердце. Проводив любимую на службу в Инженерный совет, ты, набросив сразу три домашних халата, отправляешься в архив, где поднимаешь личные дела убитых. Сличив их, ты понимаешь – всех убитых людей объединяют три вещи. Первая: все они жили на одном и том же этаже Сверхфабрики-17. Вторая: у всех в собственности были фабрики или заводы. Третья: согласно только что пришедшему заключению эксперта-баллистика, во всех расправах убийца использовал пистолет системы «Маузер», что некогда был похищен из музея древнейшей истории Сверхфабрики-17. Тебе совершенно непонятно, что может значить вся эта чертовщина. Смену за сменой ты отрабатываешь гипотезы, а убийца меж тем совершает все новые и новые расправы. Количество мертвых промышленников растет, а температура в блоке падает. Холод наступает. Ничто не может его остановить. Не помогает ни двойная доза концентрата «кипятковый» в твоем концентрате «чайный», ни жаркие ласки профессора Д’Еот, ни даже новейшие самоходные паровые печи, которые разработал тайный советник гильдии сантехников Теплотрас Тарасович Фростпанченко. Камин в твоей ячейке горит каждый день, но при разговорах с любимой изо рта вырывается пар. С каждым новым днем столбик термометра все ниже. В коридорах начинают разжигать костры. Закрываются сады и школы. Из блока уходят прочь первые беженцы. Но куда? Сектор вокруг заброшен, никто не знает где искать других людей. Вскоре немногие выжившие возвращаются обратно, рассказывая о чудовищных самосборах, бушующих за главными гермоворотами Сверхфабрики-17 и темных этажах, полных хищных аберраций и ядовитой слизи. Проходит еще два семисменка. Остывает часть паропроводов – встают заводы. В блоке начинается паника. Звучат призывы к бунту. Автоматоны-ликвидаторы начинают перекрывать коридоры. И только убийца продолжает свои расправы над фабрикантами. Теперь он делает это каждую смену. Несмотря на все происходящее в блоке, ты продолжаешь работать над этим делом. Сидя в промерзшей ячейке, подбрасывая в камин ненужные бумаги, ты читаешь материалы расследования, пытаясь предугадать, где убийца нанесет свой следующий удар. Проходят часы, одна за другой пустеют кружки с кофейным концентратом, черномахорочный дым под потолком становится гуще тумана самосбора, но разгадка так же далека, как и раньше. Да еще и эта проклятая пуговица со звездой не выходит из твоей головы… Звезда! Внезапная догадка заставляет тебя вскочить. Бросившись к столу ты расстилаешь на нем карту Сверхфабрики-17 и, схватив красный химический карандаш, начинаешь спешно отмечать места убийств. Первое убийство: Красноплесеньский бульвар, ячейка 418-бис. Второе: Коридор имени промышленной революции, ячейка 10. Третье: Тридцать седьмой пролет Инженерной лестницы, ячейка 199. Четвертое, пятое, шестое, седьмое… Карандаш скользит по карте, оставляя за собой жирный кроваво-красный след. Поверх схемы блока возникает гигантская пятиконечная звезда. На твоем лбу выступает пот: фигура почти завершена, и сейчас на ней не хватает всего одной точки, которой должен заканчиваться последний из пяти лучей. |