Онлайн книга «Пусть всегда будет атом»
|
– Ну че, Граф, видал: целехонька дверь твоя ненаглядная, – раздался снаружи прокуренный, сиплый от северных ветров голос. – Это который уже раз за неделю сигналка зря срабатывает? Пятый или шестой? Как шеф вернется, выспросим про электрика, что ее делал: на бабки этого Кулибина недоделанного ставить надо. Ладно, пошли отсюда: водка стынет. – Маркес, ты совсем отбитый? Ключи давай. Блажит сигналка или нет, а будем проверять. А то, как бы нам самим не остыть. Маркес устало матюкнулся, но спорить все же не стал. За дверью загремела связка ключей. Замок громко щелкнул, один раз, другой. Дверь без скрипа открылась. Слабый свет висящей в коридоре лампочки почти не разгонял темноту кабинета, но охранники вдруг замерли, не произнося ни слова. Гришка, прижавшийся было к стене возле двери, с ужасом почувствовал сквозняк из разбитого окна. Поток ледяного воздуха вывел его из оцепенения. Не дав охранникам опомниться, Гришка рванулся на них и припечатал кастетом в подбородок первого братка – крепкого, невысокого блондина, уже схватившегося было за свой ТТ. Оглушительно лязгнув зубами, тот рухнул, громко припечатавшись головою об пол. Не теряя времени, Гришка развернулся ко второму бандиту. Поздно. Браток уже схватился за висящий на ремне, изрядно ржавый и давно не чищенный ППС. Гришка вдруг понял, что черный провал дула пистолета-пулемета смотрит прямо в его живот. Он и не думал, что ствол у ППС такой огромный. Весь мир вора, казалось, вдруг сузился, сжался, проваливаясь внутрь черного жерла ствола, готового вот-вот плюнуть в него пламенем. Гришку прошиб пот: он понимал, с такого расстояния не промахиваются. Если что и может спасти, то это осечка, но даже у такого ржавого хлама шанс на это едва ли больше одного к десяти. Пока эти мысли проносились в голове Гришки, браток, не сказав ни слова, просто со всей силы надавил на спусковой крючок. Пистолет-пулемет сухо щелкнул. Осечка. Гришка кинулся вперед до того, как охранник понял хоть что-то, и от всей души саданул бандита кастетом. Затем еще и еще, пока тот не рухнул на пол. Закинув рюкзак на плечи, Гришка кинулся к окну. Как Гришка спустился во двор, как бежал до забора – все дело десятое. Крепость Семы Воронка за его спиной просыпалась с каждым ударом его ботинок об асфальт. Где-то орали матом, зажигали свет, топали по лестницам, а он все бежал через двор, не обращая ни на что внимания. Не снижая скорость, Гришка занырнул в дыру под забором и, обдирая живот, съехал по мерзлой земле на дно рва. Упал не удачно, зашибив бок и при этом очень-очень громко. Пространство рва вмиг наполнилось лаем всполошенных псов. Множество мохнатых туш кинулись к нему через темноту ночи. Не оглядываясь на них, Гришка пронесся к пятну доски, все еще приставленной к стене рва. Вмиг взлетев по ней, он подпрыгнул, уцепился руками за край рва и подтянулся, отталкивая доску вглубь рва ногами. Лязгнули под самым ботинком собачьи клыки. Псы неистово рыли землю, не в силах добраться до своей добычи. Вот и все. Он на улице. Мгновение Гришка просто лежал на краю котлована, примяв снег бритой головой и смотрел в полное мерцающих звезд небо. Затем перевернулся, вскочил и кинулся в подворотню. За спиной гремели замки отпираемых ворот. Поздно, слишком поздно… |