Онлайн книга «Сердце жаворонка»
|
– Да все просто, – проговорила Сапунова. – Девки-то сейчас какие пошли? Норовистые, родителей не слушают, все свое гнут, до чего дошло, женихов себе сами хотят выбирать! Виданное ли дело? Так ежели и дальше пойдет, то чем это все закончиться может? Все устои лягут. Вот мы, родители дочек, и сговорились с гадалкой, чтобы она приходила, разбрасывала свои «волшебные» семечки и рассказывала, какой из себя жених будет. А это, как ни крути, знак свыше, тут противься не противься, а надо замуж выходить за кого гадалка укажет… Вот как! Мы с одними сговаривались, а она нам Воликова подсовывает, вот я и сделала ей замечание: негоже, мол, деньги взяли, а дело не сделали. А она мне: не надо в женихах копаться, кого дают, того и берите! Видать, Воликова перекупили, нашего-то жениха. – И вы, значит, из-за этого с ней поругались? – спросил тихо Кочкин, склоняя голову набок. – Да нет, не ругались мы с ней, так, огрызнулись, вот и вся ругань. После этого она ушла и я ее больше не видела. А тут вы приходите и говорите, что все – нет больше гадалки нашей. – И вы, значит, до этого ничего не слышали? – О чем? – О том, что ее убили. – Нет, не слыхала, да вот и Катька может подтвердить. Если бы мы слыхали, то у нас бы здесь такой переполох был, что не приведи господи… – А отчего переполох? – спросил, сделав недоуменную гримасу, Кочкин. – Ну как отчего? – Сапунова удивленно посмотрела на полицейского. – Тут все яснее ясного! Если гадалку убили – а она у нас и гадалка и сваха в одном лице, – то как с женихом быть? Ведь у нее все концы в руках… – Ну вы же сейчас мне сказали, что догадались, кто это! – возразил Меркурий. – Та! Догадалась-то догадалась, а вдруг я ошиблась, а вдруг это не он, а кто-то другой? А может быть, они там передумали, время идет, а сватов нету! Скобликова, царствие ей небесное… – Хозяйка быстро, даже не приподнимаясь со стула, перекрестилась. Дочка Катька, вслед за матерью, тоже осенила себя крестным знамением. – Скобликова обещалась, что скоро будут, так и сказала: «Со дня на день!» Вот почему переполох бы был. А мы, поглядите сами, сидим, в ус не дуем, лапшу строгаем да сватов выглядываем… – А что вы можете сказать об этой Скобликовой? – спросил полицейский, блуждая взглядом по горнице, точно мысли Сапуновой о гадалке меньше всего сейчас его занимали. Мол, спрашиваю так, чтобы разговор поддержать или по обязанности. В таких беседах для сыщика важно в том, что его мало интересует, делать вид заинтересованный и этой заинтересованностью сбивать собеседника с толку. А там, где действительно важно, напротив, выказывать безразличие, скуку и даже злиться чуток: «что вы мне про это говорите, слушать ничего не хочу». – Да что могу сказать? – Сапунова задумалась, уставившись перед собой и потирая открытой ладонью лоб. – Она женщина пришлая, откуда прибыла, не знаю, но живет в Татаяре давно. Не мужняя, может, вдовая. Мужиков, я слыхала, к себе не подпускает, сторонится их. Но это, как говорится, ее дело. Торговля у нее, ну да вы уж, поди, знаете, и вот еще гадает… – А может быть, был у нее какой-нибудь кавалер? – спросил Кочкин. – Да нет, нет… – не допуская подобной мысли, Сапунова даже зажмурилась, – говорю же вам, нет у нее никого, одна она жила, на Мирорядье, там у нее домик. |