Онлайн книга «Московская вендетта»
|
– Ты че не откликаешься, когда тебя зовут, морда?! – Потому что морда у тебя в зеркале, а у меня лицо. В сторону отойди. Матвей встал рядом с новичком и сплюнул, попав на сапог высокого человека: – Слышь, мил человек, ты бы не хамил… Покажи-ка документы лучше. – С какой стати? – С той самой, что мы народная милиция. Я все еще не видел лица человека, но мне и так было понятно, что сейчас он смерил Матвея таким взглядом, каких Матвей не любил. Намечалась свара. Однако после небольшой паузы человек засунул руку в карман и передал что-то Матвею. Тот, похоже, уже готовился схватиться за свой пистолет – положил руку на кобуру и немного подсел, став перед высоким человеком совсем коротышкой. Он взял в руки бумагу и уставился на нее с недоумением. – Это чего такое? – Это читательский билет, уважаемый. – Читательский… а на черта мне твой читательский билет, контра?! Покажи удостоверение. – Это удостоверение. Там есть мое имя, отчество и фамилия. Теперь уже Матвей схватился за оружие, уронив читательский билет себе под ноги. – Ты чего, шутить, что ли, вздумал?! Раз нет удостоверения, придется тебе, гражданин, пройти с нами. В голосе высокого человека появились нотки раздражения: – Я дал тебе удостоверение. Твоих документов я, кстати, так и не увидел, так что никуда я с тобой не пойду. Матвей отшагнул назад и наставил ствол пистолета в лицо высокому человеку. – Не надо никуда проходить – я тебя прямо здесь положу! – В сторону отойди. – К черту катись, мил человек! Так легко ты от нас не отцепишься. Раз документов у тебя нет, перейдем к досмотру – карманы выворачивай. – Нет. Человек был поразительно спокоен для его положения, а я все никак не мог избавиться от ощущения, что где-то уже слышал этот голос. Матвей, услышав, что ему что-то запрещают, кивнул Меликову – тот аккуратно, но уверенно приблизился к высокому. Он был единственным из нас, рядом с кем высокий человек не казался высоким. Мишка без всяких экивоков влепил человеку в живот. Тот согнулся пополам, не издав ни звука. Мишка отошел на шаг назад, послышался голос Матвея: – Выворачивай карманы по-хорошему, гражданин, а не то в следующий раз получишь по лицу. Высокий человек ничего не ответил. Он все еще пытался вдохнуть после удара Меликова. Наконец он выпрямился и оглянулся – пути к бегству не было. Его взгляд скользнул по моему лицу и вдруг замер. Через секунду высокий человек широко улыбнулся и бросил мне хриплым голосом: – А в чем дело, Георгий Генрихович? Ваша матушка знает? Мне захотелось провалиться сквозь землю и выпасть где-то в южной части Тихого океана – я тоже узнал высокого человека. Это был мой университетский преподаватель, профессор Голышев. Человек, у которого я бывал дома и с супругой которого был знаком. А теперь я был в банде, окружившей его со всех сторон. Я отвел взгляд и ответил, будто позабыв, что мы не одни: – Матери больше нет. – И что, раз мамы нет, то все позволено? Как ты связался с этим мужичьем? Ты же не дикарь, не варвар, не злодей. Каждое его слово вбивало меня в землю все глубже. Как из-под воды услышал я возмущенный возглас одного из моих спутников: – Ты кого «мужичьем» назвал, контра? А ну-ка, вали его, братцы! Спустя вечность я оторвал взгляд от снега и больше не увидел своего учителя. Стая ворон слетелась к павшему человеку. Падальщики налетали на него, клевали, рвали на части, перебивая друг друга и толпясь в кровожадной сутолоке. Чувство раздвоенности, разрозненности заполнило меня целиком и стало нестерпимым – нужно было выбирать. Выбирать раз и навсегда, кем быть – птицей или человеком. Поднявшийся ветер заметал поземку и растрепал полы штопаных шинелей. Я выхватил свой револьвер и ринулся вперед. Мне удалось растолкать их, отбросить от тела Голышева. Я переводил ствол револьвера с одного птичьего лица на другое, а где-то в затылке болезненно билась мысль, что я один против дюжины и что патронов на всех не хватит. |