Онлайн книга «Смертью храбрых»
|
Огюстен тоже не смог сдержать улыбку. Они с доктором видели свою военную службу одинаково. Просто ремесло Лануа в военное время Родине было почти что без надобности, поэтому и служил он там, где был нужен, но в своем офицерском звании Огюстен видел то же, что и Бодлер. Доктор, между тем, продолжал: – Вам довелось пообщаться с полковником Борелем? Вот он офицер. Возможно, поэтому он так упорствует с этим делом… «Получилось!» – Лануа покривил бы душой, если бы сказал, что специально спровоцировал доктора на откровенность, попытавшись разорвать дистанцию, но где-то в глубине души он надеялся, что это произойдет. – Вы думаете, что полковник Борель испытывает личную неприязнь к Мишо? – Нет. Полковник человек сурового нрава, но подчиненных он своих любит, потому и смог заменить полковника Дакса… Доктор внезапно замолчал и уставился в пол, неосознанно начав вытирать полотенцем давно уже сухие руки. Огюстен понял, что была затронута очень тяжелая тема, и постарался перевести разговор в другое русло: – А капитан Мишо когда-нибудь был вашим пациентом? Доктор поднял взгляд на Лануа, отвлекшись, очевидно, от каких-то размышлений или воспоминаний. – Да, был. Трижды, насколько я помню. В плечо, но там ничего серьезного, хотя шрам наверняка остался. В ногу – это было в 15-м. Я так хорошо запомнил потому, что ему несказанно повезло – если бы осколок пришелсячуть выше, я не смог бы спасти стопу, а так только пальцев лишился и то не всех. А год назад, когда он уже был капитаном – получил штыком в бедро. Крови было много. Они тогда какой-то очередной холм брали, а к ночи Мишо в лазарет в бессознательном состоянии лейтенант из его роты принес… – Простите, что перебиваю, вы не помните фамилию лейтенанта? – Нет, не помню, да он, по-моему, не представился. Помню, что этот лейтенант очень беспокоился, хотел помочь, но больше под руками мешался. Насколько я знаю, Мишо за тот бой получил Воинскую медаль. «Держу пари, что это был Феро!» – персона лейтенант Феро виделась Огюстену все более интересной и важной. – Не заметили ли вы чего-нибудь странного в поведении капитана, когда он был вашим пациентом? – Да нет, обыкновенный пациент. – Хорошо. А вам вообще довелось осматривать раненых из второй роты одиннадцатого ноября? – Да, во второй половине дня. Человек двадцать пять, включая капитана Мишо. – Он был ранен?! Коммандан постарался говорить спокойно, но полностью скрыть удивление ему не удалось. Огюстен больше двух часов общался с капитаном, но так и не смог понять, что тот был ранен. Доктор, казалось, не обратил внимание на неожиданную эмоциональность Лануа. – Несерьезно. Правая рука была оцарапана пулей выше локтя – опять повезло. Я наложил повязку, а после этого его отконвоировали на гауптвахту. – А какого характера ранения были у остальных? – Обычные. Осколочные, пулевые, штыковые, была пара раздроблений, много разрывов от колючей проволоки, один ожог. Почти все легкие или средние – тяжелые до меня не добрались… – А в течение ночи вы знали, что вторая рота ведет бой? – Так все время кто-то ведет бой, господин коммандан. Даже если мне об этом и сказали, особого внимания я этому не уделил. Последние раненые оттуда были доставлены вечером с полковником – он посещал позиции роты. Когда полковник Борель уезжал туда, я отправил с ним бинты, спирт и несколько шприцов с морфином для оказания помощи на месте. |