Книга Путешественник Книга 1, страница 11 – Олег Ефремов

Спустился на завтрак раньше многих засонь и беспрепятственно перекусил кашей. Никто из наших еще не проснулся после бессонной ночи. Добрался до аудитории, где первым уроком стояла история правления государства Российского. Скукота еще та, но мы обязаны знать, как она вершилась, и какие ошибки были допущены. Кому, как не аристократам творить новую историю этого мира. Здесь ее преподавали не так, как в школе, а с полным разбором, без искажения и замалчивания фактов. Расположился у окна в пустом классе, смотря на темные тучи, собирающиеся на небе. Вероятно, пойдет дождь. Осеньвступает в свои права, готовя природу к зиме. С сегодняшнего дня, после традиционного посвящения мы должны обращаться друг к другу исключительно по прозвищам (позывным). Такие вот правила в школе шпионов и диверсантов, странно почему их вводили не с первого дня. Слышал, раньше было по-другому, клички или позывные придумывали ребята сами еще до поступления. Какой-то «шибко умный» установил странную традицию для первокурсников, и теперь приходилось жить с тем, что придумали уже за тебя.

Не выспавшиеся и злые однокурсники подтягивались на урок. Никто ни с кем не разговаривал, явно не хотел первым переходить на неформальное общение, где не было ни статусов, ни фамилий. Теперь все становились равны, и это многим не нравилось. Да и клички у всех были дебильные, с издевкой, так сказать. Урок прошел скучно, нудно и в гробовой тишине, где из разговаривающих был лишь преподаватель. Семен Захарович с удивлением смотрел на класс и даже не сделал ни одного замечания. По нашим физиономиям и так все понятно, мы ночью прошли посвящение. Лица были помяты, похмелье давало знать о себе, да и настроение оставляло желать лучшего. Потом был урок иностранного языка. Каждый из нас выбирал те языки, которые нравились или казались полезными в будущем. Здесь мы пересекались со старшими курсами, так как существовал лишь один преподаватель по каждому языку, а учеников набиралось не так уж и много. Я выбрал японский, на него меньше всего записалось народу. Тут я мог отдохнуть от насмешек сокурсников.

После большой перемены нас ждала физическая подготовка, где могли наконец-то спустить пар. Началось все с разминки и бега, потом тренер разбил группу на пары. Сегодня отрабатывали приемы самообороны на татами. Мне в соперники достался граф Ефимовский, у которого на меня точно зуб.

— Ну, Псих, покажи на что ты способен, это тебе не за бабами волочиться, — заржал Шалун, принимая боевую стойку. Драться я умел, как и многие здесь дети аристократов. Вот только показывать навыки совсем не планировал, но и отхватить кулака не хотелось. Мы стали кружиться друг против друга, я лишь убирал голову с траектории несущегося удара и ставил блоки, когда партнер пытался пробить по корпусу.

— Что ты, как баба, бегаешь от меня, дерись уже, как мужик, — подначивал Шалун, начав работать ногами. Я успелсделать кривую подсечку, когда его нога взметнулась выше положенного, и опрокинул соперника на татами. Добивать не стал, лишь разорвал дистанцию. Шалун с перекошенным лицом пошел на меня, словно бык на корриде. Вроде я не в розовых труселях, чего он завелся? Снова увернулся от хука справа, потом подвернул корпус, пропуская мимо удар по печени. Толкнул плечом, якобы запнувшись, и противник снова потерял равновесие. Многие давно уже боролись в нижнем партере, а я продолжал кружить, аки неуклюжая бабочка.