Онлайн книга «Хроники закрытого города»
|
Синие глаза Ромки светились радостью, а на губах сияла улыбка. Ощутив тонкие детские ручки на своей шее, Анна замерла. Материнское сердце всё ещё грохотало в ушах, но запах родного ребёнка действовал успокаивающе. Стегающее изнутри беспокойство медленно опадало, уступая место отупляющей эйфории. – Мамочка, оно было здесь. Чудовище! – шёпотом затараторил Ромка. – Но я ошибся, мам. Она не злая и не страшная, – обжигал он горячим дыханием её напряжённую шею, щекоча кожу, заставляя шевелиться волоски на затылке. – Это прекрасная добрая дама. Она не обидит меня, тебя… Она хочет помочь, ма… – Помочь? О чём ты говоришь, Ром? Какая дама? В чём помочь? – растерянно проронила Анна, зарываясь носом в пушистые волосы. – Я… Я не знаю, ма. Она сама тебе скажет… Ты только не бойся, она хорошая и вовсе не страшная, – слегка отстранился Ромка, жалобным взглядом заглядывая в её встревоженные глаза. В душе Анны похолодело, разбухло стылым пузырём беспокойство, лопнуло и осыпалось в живот острыми льдинками. Сглотнув колкий комок, она прочистила горло. – Ты пугаешь меня, милый, – голос Анны срывался. – Нам не нужен никто, ничья помощь. Только ты и я… Вместе мы семья, сила. – А как же папа, ма? Разве он не наша семья? Разве он не приедет? – ударом хлыста прозвучал детский шёпот. Анна вздрогнула, и память услужливо преподнесла ей каждое слово недавнего разговора с Кириллом. Затем упрямо вспыхнули перед мысленным взором блёклые коридоры больницы и холодные рыбьи взгляды врачей. – Нет. Кровь отхлынула от лица, губы задрожали. – Нет… Пальцы стиснулись в кулаки. Нет, она не позволит больше Кириллу разлучить её с сыном, упрятав в темницу, напичкав лекарствами. Судорожно притянув к себе тщедушное тельце Ромки, она зарылась лицом в пушистый затылок и глубоко задышала, успокаивая бурю в душе. Он здесь, с ней. Её мальчик, её сладкий малыш. Остальное неважно. – Будешь какао? – выдавила она из себя, лишь бы не думать, лишь бы не молчать. Руки мелко тряслись, а испуганный взгляд метался по детской. Никого… Пусто… – Нет, мам. Что-то не хочется, – вывернулся Ромка из кольца рук и неловко поправил чёрные брючки. Анна нахмурилась. Какая-то мысль робко шевельнулась в ватной голове, ледяными пальцами сдавило сердце. – Ромка, почему ты одет так… – напряглась она, пытаясь осмыслить увиденное.Опрятные брюки, белая рубашка. Тщательно причёсанные, всегда непослушные чёрные кудри и этот взгляд… Голубые глаза сына сейчас сияли неестественной синевой. Дверь внизу скрипнула. Ромка испуганно вздрогнул и, ухватив мать за руку, стремительно затащил её в комнату. – Ты что, милый? – опешила Анна, когда за спиной громко захлопнулась дверь. – Ты должна выслушать её, ма! Это важно! – Кого, Ром? – Ты только не бойся. Она добрая и совсем не страшная. – Ты пугаешь меня, сынок, – стайка мурашек взъерошила волосы на затылке. В лицо дохнуло могильным холодом, и Анна поёжилась. Живот тут же скрутило от недоброго предчувствия, лоб покрылся испариной, а мелкие волоски на руках встали дыбором. Несмотря на то, что стоял белый день, в детской было темно. Хмурое комковатое небо и серая хмарь за окном окутали комнату сумрачной пеленой. Потребовалось всего лишь несколько секунд, чтобы глаза привыкли к потёмкам и смогли различить неясные дёрганные движения. |