Онлайн книга «Пять замерзших сердец»
|
Да, я часто думаю о Жиле Л. Не столько о прошлом и его романе с моей женой, сколько о настоящем. Я спрашиваю себя, как он справляется. Лансье ведь тоже остался один с детьми. Это нас сближает… Вот только он никогда не увидит жену. Полагаю, Лансье не одинок, у него есть своя «Жозетта» или даже две, множество людей готовы помогать несчастному вдовцу. Тем лучше для него… Я не свожу глаз с надписи «Моей любимой» и думаю, любил ли он жену. По-настоящему. Он ведь ее обманывал, значит, вопрос правомочен. А Катрин? Любит ли она меня до сих пор, несмотря ни на что? Я почему-то уверен, что любит. Это выводит из равновесия. Еще мне хотелось бы знать, чувствует ли он вину за случившееся: если следователи правы и Катрин убила женщину, которая лежит в этой могиле, причина тому – измена Лансье. Трагическая судьба у несчастной женщины… Жозетта Близится Рождество, и мне хочется крикнуть: «Ты несправедлива, жизнь!» Следствие пошло не тем путем и отняло у нас Катрин: мэтр Дерикур подал прошение об освобождении под залог и получил отказ. Можно подумать, Катрин опасна для общества! Куда мы идем? Я испытываю непреодолимое желание написать Президенту Республики, хотя это глупо и бесполезно. Идея пришла мне в голову благодаря забавному воспоминанию о том, как моя мать больше пятнадцати раз сдавала на права и пожаловалась на комиссию в гневном письме, адресованном тогдашнему главе государства. Президент Франции имеет право миловать, но не тех, кого еще не судили. Моему возмущению нет предела. Катрин – козел отпущения, удобная подозреваемая, «имеющаяся в наличии виновная». Они не подозревали никого другого! Потому что не искали этого другого. Требовалось успокоить семью жертвы, и Катрин оказалась под рукой. Коллега по йоге, якобы любовница мужа… И этого достаточно, чтобы бросить женщину в тюрьму? Нам придется праздновать Рождество без нее. Мое материнское сердце рвется на части, мне грустно, так грустно… Я радовалась, только когда собирала для дочери пятикилограммовую продуктовую передачу, покупала вкусности в лучших магазинах и шоколадной лавке, чтобы хоть чем-то утешить узницу. Слабое утешение… В этом году у нее не будет устриц. Не знаю, чем накормят мою девочку в праздник, надеюсь, тюремный повар постарается, заключенные ведь тоже люди! А Рождество – священный день. Анаис Среда, 26 декабря 2001 г.: подумаешь, Рождество! Это Рождество было не похоже на предыдущее. Конечно, ведь кое-кого недоставало. Рождество без мамы – бессмыслица. Такое случается по счастливым поводам (например, рождение ребенка), но в принципе это дурной знак. То же самое наверняка чувствуют дети жертвы… Я думала о них. Их мамочка на Небесах, моя давно не видела неба над головой. Общий-необщий момент. Бедные они, бедные, им, наверное, ужасно грустно. Не понимаю, как можно праздновать Рождество в таких условиях. У нас праздник все-таки получился. Бабуля побаловала нас затейливыми блюдами и подарками. На столе были устрицы, фуа-гра, индейка с каштанами и фруктовое полено. Ба приготовила для Фло электрический поезд, а мне дала конверт с деньгами (целых 500 франков!.. Может быть, последние франки, ведь через несколько дней Франция перейдет на евро). Тетя Нат была с нами, и мы много разговаривали. Позвонила мама, и это был сюрприз и лучший подарок. Флориан в субботу преподнес ей открытку с надписью: «Счастливого Рождества!» Мама звонит редко, предпочитает писать. Мы с Фло получаем одно письмо в неделю, в среду или четверг, а в субботу ходим на свидание. Такова традиция. Я иногда пропускаю, общаюсь с подругами, и мама расстраивается. Думает, что я не скучаю и неплохо живу без нее. Это не так… |