Книга Маскарад Мормо, страница 220 – Мария Понизовская

– Я был терпелив. – Он остановился прямо напротив неё, так близко, что она чувствовала горьковато-сладкий запах его дыхания.

«Он пил», – обречённо поняла Солнцева.

Запретные книги чуть покачивались, всё ещё подвешенные в воздухе, у него за спиной. Как занавески на сквозняке. Здесь не было никакого сквозняка. Казалось, здесь почти не было воздуха вообще. Было трудно дышать.

– Я давал тебе время смириться с утратой, – прошипел он. – Давал тебе время понять, ктоэтот мальчишка такой. Но ты оказалась слишком беспросветно тупа, чтобы осознать, что такое хорошо, что такое плохо. Тебе всегда нужно было всё объяснять, верно?

Елена потупилась, не в силах больше выдерживать взгляд пронзительных голубых глаз.

– Я давал тебе время, чтобы сжиться с той ролью, которую ты так хорошо научилась играть. – Его тон изменился. Стал холодным, снова почти бесстрастным. – Но ты не хочешь, правда? Маленькая неблагодарная дрянь.

Шёку обожгло хлёстким ударом, а он не пошевелил и пальцем. Голова дёрнулась в сторону, Елена пошатнулась. Ощутила железный привкус во рту. Машинально облизнула ранку на внутренней стороне щеки. И в тот самый миг, когда вкус собственной крови коснулся кончика языка, весь страх испарился. Исчез.

Елена медленно подняла глаза на отца, незаметно нащупывая иголку, вдетую в рукав сорочки.

– К-как бла-благородно с твоей стороны, отец, – едва слышно сказала она. – Я так признательна.

Новый удар мог свалить её с ног. Но Солнцева была к нему готова. В конце концов, она прожила девятнадцать лет в этом доме. Она знала повадки этого человека почти наизусть.

Елена услышала тихий всхлип Лады. И это распалило только сильнее. Артемий знал, что сестра беременна, и всё равно оставил здесь. Заставил смотреть. Проклятый садист, он их всех просто ненавидел.

– Ты поднималась на Поверхность, Елена? – вкрадчиво спросил отец.

И его рука потянулась, чтобы схватить её за подбородок. Но Солнцева увернулась. Потому что она могла с точностью предсказать каждый его чёртов шаг.

– Ты зна-а-ал, что Солнцев-м-младший погиб на Поверхности, – сказала она. И это был не вопрос. – И ты н-ничего с этим не сделал.

Всхлипы Лады стали сильнее и громче. Елене не хотелось их слышать. Но она ничего не могла сейчас сделать. Она не могла никак помочь сестре.

Солнцев-младший сгинул на Поверхности. Все члены её семьи – и семьи Лисовых – были давно посвящены в этот грязный секрет. Но предпочитали никогда о нём не вспоминать.

Отец выпрямился. Его взгляд стал таким острым, что, казалось, мог продырявить голову Елены насквозь. Но она его не боялась. Она была в бешенстве.

Не будь Лада замужем за кузеном Ирии, не будь их дед так влиятелен – вероятно, весть просочилась бы в город. Вероятно, их всех бы сослали в Трущобы. Но ратоборцы не сделали ничего. Всё осталось по-прежнему.И Елена ненавидела это. День за днём, месяц за месяцем Светозар упрямо разыгрывал спектакль, в котором никакого внука у него никогда не существовало. И вот уже с полгода все родственники Елены были ужасно увлечены этой игрой. Они не говорили о нём. Никогда. Из всех Солнцевых Елена одна вела затворнический образ жизни, носила траур. Она одна искренне скорбела. Все остальные просто смирились. Позволяли Светозару делать это – стирать внука из семейной истории, из истории самой Крипты.