Онлайн книга «Паучье княжество»
|
– Прошу, помогите нам, госпожа, с этой богомерзкой, грязной работой. Вам ведь… ведь осталось не так уж и долго… – говорила она наигранно-заискивающе. – Скоро достигнете брачного возраста, и больше вам не придётся тряпками-то махать… Я слыхала, в хороших борделях не утомляют ручным трудом… Кроме, конечно… – Как славно, что матушка делилась с тобою особенностями своего г'емесла, Ваг'ваг'а, – за радугой слёз Маришка и не заметила, как подошла Настя. – Уговаг'ивала пойти её стопами? Варвара медленно обернулась. А в следующий миг её маленькая ладонь взлетела в воздух, но Настя успела увернуться. Никто не знал наверняка, кем была Варварина матушка. Но она исправно навещала своих отпрысков в приюте разодетая в дорогие туалеты, приятно пахнущая и невозможно красивая. Разумеется, никто не думал о ней ничего хорошего. Варвара вывернула руку из Настиных пальцев, перекинула косу через плечо и поспешила к подругам, не удостоив напоследок Маришку и взглядом. Девицы сбились в клубок и зашипели. Наверняка прикидывая, изобретая новые решения, как посильнее задеть неугодную «Мокошину изменницу». Насладившись зрелищем, приютские поспешили воротиться к работе. С губ их слетали смешки и сквернословие – недостаточно громко, чтобы посчитать их призывом к драке. Но достаточно, чтобы Маришка расслышала. Настя потянула подругу в глубь залы. – Не обг'ащай внимания, на самом деле сейчас всем куда интег'еснее Александг'. Маришка её не слушала. Это вообще не имело значения. Пусть Варвара хоть изойдётся ядом, какая разница, ежели Анфиса с Терентием скоро скормят их всех злосчастному дому? Она молча принялась за работу, задерживая дыхание настолько, насколько возможно, чтобы не чувствовать, как металлическая вонь мешается с вонью дегтярного мыла. Если что-то в этом мире могло быть тошнотворнее этого запаха – Маришке о том не было известно. Она пыталась придумать, как и когда ей уйти. Одной, вероятно, всё же одной… Живот всё ещё тянуло. Но приступы боли становились короче, а перерывы между ними – длиннее. И только лишь слабость, опустившаяся на Маришку ещё за завтраком, всё никак не отступала. Маришка сидела на корточках, еле-еле шлёпая тряпкой по бурым разводам на паркете. Сил совсем не осталось. Пол качался перед глазами. – Эге-ей, голубка, не отлынивай! – Она скорее тут сама всё обляпает, чем уберёт. Маришкиных сил не хватало даже на то, чтобы огрызнуться в ответ. Да и зачем? – За собой бы лучше смотг'ели! – вступилась за неё Настя. Подружке от нападок Маришку уже было не спасти. И Настя о том, конечно, знала. Голос её звучал куда неуверенней обычного. Но ничего. После обеда у Маришки будет предостаточно времени. Станет темнеть – в эту пору сумерки самые ранние, – но она успеет пройти хоть немного ещё по свету. Сумеет тихонько уйти из дому. Никто и не заметит. Надобно только скрыться подальше от десятков этих злобных глаз. А дальше – дальше уж будь что будет. В этом доме ей больше нет места. – А где ейный хахаль потерялся? – спустя с полчаса милостиво дарованного Маришке спокойствия выкрикнула Алиса с другого конца залы. – Володе тоже слишком дурно, чтоб прибрать за дружком? – Э, ты так не базарь! «Конечно», – устало подумала приютская, выжимая тряпку в ведро. Вода там от крови была уже тёмно-бурой. |