Онлайн книга «Поцелуй Зимы»
|
Я не ответила. Мне до сих пор часто снился тот момент. Как Эдгар, оживленный силой моей души, прижимает Костю к полу одной рукой, а другой достает из-за пояса нож. Дальше – странный хлопок, будто лопнула тугая нить, мой крик и струной натянутая тишина. Сейчас я поступила бы иначе. Ударила бы Эдгара по голове чем-нибудь тяжелым и вызвала «скорую» – вдруг Костю еще можно было бы спасти? Но тогда я почему-то решила, что все кончено. А мне положено вычеркнуть себя и Эдгара из мира. Поверить, что нас обоих никогда не существовало. Если половина души у меня ушла на Эдгара, то вторая половина или около того – на эту последнюю попытку все исправить. Что-то вроде самоубийства для семнадцатилетних дурочек, перечитавших сестер Бронте. Я забрала чашку из слабых пальцев Лестера. – Ни о чем я не жалею. И хватит… – договорить я не успела. Предгрозовую тишину снова прервала визгливая трель. На дверной звонок было не похоже: тот напоминал птичку, а это была целая раненая антилопа. И ревела она из самого дальнего угла кухни. – Я думал, когда звонит телефон, на него отвечают, – деликатно заметил Лестер. – Я даже не знаю, где он. – Звук идет оттуда. – Лестер указал длинным костлявым пальцем в сторону кухонного шкафа. – Что там? – Шкаф. Телефон не может быть в шкафу. – А слепой не может ошибаться. Трель разрывалась у меня в голове, где-то между лбом и макушкой. Проигнорировав мысль о том, что ни один человек в здравом уме не поставит телефон в шкаф, я поднялась и стала яростно рыться в его недрах. Сахарница с ржавыми монетами, макароны, соль, лунный календарь – не иначе старушка, жившая тут до меня, приходилась Плюшкину дальней родственницей. Наконец у дальней стены обнаружился красный аппарат с поломанным диском. Я схватила трубку, чтобы сбросить звонок, но Лестер тихо велел: – Ответь. – Мне не с кем здесь разговаривать. Трубка тут же отозвалась маминым голосом: – Как это не с кем, Верочка? А как же я? – Мама? Я уселась прямо на дно шкафа, заваленное газетами и журналами разных годов. – Конечно! Ну, рассказывай. Я тебя сто лет не слышала. Как там на стажировке? – Что?.. – Как будто нечего матери рассказать! Месяцами не звонишь, совсем забыла меня в своей Америке. Стажировка? Америка? Я выглянула из шкафа. Лестер загадочно улыбался бескровными губами. Волшебник хренов. Кто его просил? – Вера? – Да, мам. – Ты когда вернешься? Я как будто начала забывать твой голос… Я вздохнула. С какого места ей рассказывать правду? – А я что-то совсем замоталась. То одно, то другое. На работе у нас такое творится! Одни сокращения. Людей выживают с рабочих мест. Я двадцать лет работаю и ни разу такого не видела! Так когда ты вернешься? Из-за распахнутой дверцы шкафа медленно вышел Наум, с трудом переставляя лапы. Может, отвезти его к маме? Там о нем точно позаботятся лучше, чем здесь… – Вера! – Да, мам. Скоро. Я скоро вернусь. Пока. Я повесила трубку и накинулась на Лестера: – Что ты наплел моей маме? – Я хотела встать, но стукнулась об полку над головой. – Какая еще стажировка в Америке?! Лестер поправил на коленях свой пижамный костюм и спокойно посмотрел на меня своими слепыми глазами. – А что я должен был ей сказать? Что ее дочь выдумала себе возлюбленного, оживила его и исчезла, соединившись с ним на веки вечные? А нет, подожди. Что он убил человека, а потом она это сделала? |