Книга Как поймать монстра. Круг третий. Книга 1, страница 45 – Арина Цимеринг

— Я одна. В долине. Думаю… думаю, это здесь. Слехт. Только, — только странный гул внутри головы,— тут ничего нет. Ни деревни, ни леса, даже травы… У меня под ногами… — Джемма опустила взгляд. Ноги были босыми. Испачканными в грязи. — Голая земля.

Гул начал заполнять череп: звон разделился на октавы, звучал то выше, то ниже, то поднимался на невообразимую высоту. Джемма застонала, прикрывая глаза, но ее стон утонул в нарастающем звуке.

А потом она поняла: звенела не тишина.

Это была мелодия. Она звучала прямо в ее голове — а еще везде снаружи, словно вокруг разлилось языческое безумие. Звон, звон, удары — так бьют ладони друг о друга, так бьют ладони о барабаны.

Снегопад усилился.

Джемма открыла глаза.

Ее голые ноги покрывала не грязь. Теперь это были символы. Бегущие от стоп к икрам и выше… Вязь поднималась к коленям, опутывала бедра, огибала пах, покрывала живот… Джемма прижала руки к разрисованным ребрам. Каждый ее палец что-то значил, каждой фаланге был присвоен свой знак.

Марвола’эди’р’Гдау.

Что?

— Я…

Она подняла ладони к лицу. Все вокруг расплывалось, потому что шум становился невыносимым. Сотни голосов пели у нее в голове свою сводящую с ума песню. Джемма почти не слышала, что говорила, но знала, что должнапродолжать говорить. Мягкий снег начал превращаться в лед.

— Я… На мне что-то… что-то нарисовано. И вокруг так громко, боже, так, твою мать, громко… Они поют…

Она зажала уши руками, но это не помогло. Град бил по голой коже, за что-то мстя. Они пели — но Джемма не понимала слов. Они говорили — она не понимала о чем. Они кричали — она не хотела слушать. Она зажмурилась, и под веками вспыхнули огни. Голоса стали отчетливее,яснее: мужские и женские, топот ног, дым, крики, молитвы, вязь на руках и ногах, отчаянная песнь единения.

Чувство вспыхнуло на подкорке, там, где всегда срабатывали инстинкты, как будто даже в этом хаосе она все еще была охотником. Даже сквозь адский шум и огни под веками Джемма поняла: рядом кто-то есть.

Сквозь оглушительную боль она сделала усилие и открыла глаза.

И как только Джемма увидела, песнь прекратилась, а град остановился.

Кто-то нажал кнопку «стоп»: шум резко оборвался, оставляя после себя только облегчение, тишину и — его.

— Купер, — сухим горлом просипела Джемма, медленно опуская руки. — Я вижу… Купера.

Он стоял напротив, шагах, может быть, в пяти-шести. Достаточно близко, чтобы рассмотреть — шарф, белую планку рубашки, выглядывающей из-под аккуратного серого пальто, уложенные назад черные волосы, — но недостаточно, чтобы его узнать. Лицо Купера было не просто бесстрастным, нет, оно казалось восковым. Замершим. Ненастоящим?

— Я вижу Купера, — повторила Джемма, выпрямляясь и переводя дыхание. — Он здесь. Рядом со мной. Купер?

Тот не ответил.

— Я не понимаю… — Джемма попыталась сглотнуть сухость в горле, но слюны не было. — Это Купер, но и не он… Но это и не Самайн.

Да, Самайна в этом лице не было. Был только отпечаток чего-то, чего Джемма не понимала. В этом выражении лица скрывалось что-то, замершее во времени.

— Купер… Тедди, — попробовала она еще раз, делая осторожный шаг ближе.

Купер смотрел прямо на нее — прозрачные глаза, такие светлые, каких мало бывает. Единственное яркое пятно в медленно пожирающем все вокруг тумане. Джемме хотелось прогнать из его взгляда эту пустоту, вернуть туда жизнь. Дагда Кехт, вернуть в них жизнь. Просто еще раз поговорить с ним. Не допустить того, что произошло.