Книга Как поймать монстра. Круг третий. Книга 2, страница 188 – Арина Цимеринг

А когда костры опали, тела в них перестали быть застывшими. Теодор почувствовал, как само пространство и время в этом месте искривляются – в груди заломило, чужая сила сдавила кости и мышцы, и Теодор с трудом удержался на ногах.

Тела начали сгорать – быстрее, чем это должно было происходить в реальности. Кожа слезала, кости чернели и истончались прямо на глазах. Пожирая плоть, огонь изменялся – Теодор чувствовал, как, напитываясь миазмами, он становится плотнее и тяжелее. По шее побежали мурашки.

Огонь начинал холодить.

Брайан – Самайн– медленно поднял руку и потянул ее к груди. К сердцу – и ломота внутри превратилась в сосущую черную дыру. Нет, нет, нет!

Вспышка рационального – онне причинит ему вред, не убьет, это была сделка – не могла справиться с нахлынувшим страхом. Но руками Брайана Самайн лишь скользнулпод полу ветровки – сначала одну, а затем другую – и вытащил наружу нечто, осыпавшееся мелкой пылью.

Он медленно развел руки, словно святой, – и пыль замерла, плавно зависнув в воздухе. Теодор опустил взгляд на его ладони.

Вот почему они ничего не нашли в подвале.

«Ты бы не позволил нам их найти, – мысли были безучастными. Теодор не мог заставить себя чувствовать ни разочарования, ни досады. – Конечно, ты забрал их сам».

В ладонях его лежали кости.

Маленькие. Ломкие. Серые, усыпанные тысячелетней пылью, уже утратившие форму, обглоданные временем. Кое-где они слиплись и срослись под наплывами металла: золото бликовало в свете костров.

Сила, исходящая от этих костей, заламывала витки пространства, изгибала и кривила его. Воздух сделался вязким, как патока, и каждый вдох проходил с усилием, с натугой. Теодор смотрел, как на золоте в чужих ладонях вспыхивают крохотные отблески костров.

Он здесь. Прямо здесь.

Не в Брайане, нет, его внутри никогда и не было, – а в этих запеченных в золоте костях.

И пространство, и время – все тяжелело вокруг его обнаженного присутствия, и Теодор едва удерживал себя на ногах. Самайн прожигал границу между астральным и физическим, разрывал ткань бытия – и кости, застывшие в полураспаде, стали центром тяжести этого мира.

Но эта костяная клетка скоро перестанет быть его тюрьмой.

Теодор ощущал это сильнее всех. Тяжесть, придавливающая его к земле, заставила забыть об этом – о том, что обычные люди не так сильно подвержены влиянию Той Стороны. Они могли двигаться – он не мог. И вспомнил об этом слишком поздно.

Стремительный рывок на краю зрения, мелькнувший силуэт Эшли – и выстрел. Один. Чистый, безупречный, техничный. Теодор почувствовал его нутром, как чувствуют конец сновидения или приближение собственной смерти: Эшли не промахнется.

Эта пуля должна была попасть ему прямо в сердце.

Но не попала.

Одно из существ бросилось наперерез – мелькнуло, не успел Теодор толком повернуться, и прыгнуло. Звук выстрела бесцельно угас, и Эшли замер с поднятым пистолетом, прежде чем обхватить голову руками и рухнуть. Сила, которую Эшли не видел, но видел Теодор, придавила его к земле, распластав на коленях.

– Зря, Норман.

Голос Брайана раздался прямо в голове – и в его собственной, и в голове Эшли, и вголове Махелоны, которого Теодор едва продолжал удерживать на месте.

– Не по-товарищески.

Тварь, приземлившаяся рядом, неожиданно начала подниматься. Теодор слабо отшатнулся, с удивлением наблюдая, как она встает на задние лапы. Нет, не лапы – ноги; несмотря на то что она была покрыта черной плазмой, как и остальные, ее силуэт сохранял куда больше… человеческого.