Книга Кровь Дома Базаард, страница 310 – Дина Шинигамова

Его сосед снова закивал и поддакнул:

– Чтобы понимать воронов, надо родиться вороном. Этого никакие наставники не заменят.

Разговор ушел в сторону, и Олия качнулсяобратно к столу, вставая поудобнее. Вот, значит, как. Он знал, что Лиан обошла основные служебные этажи Марака, познакомившись почти со всеми отделами, и вроде бы как всех очаровала, но сюда, вниз, ее обаяние не дотянулось.

Манера шибет носить человеческую одежду, ее привычки, оставшиеся от прежней жизни, и, что хуже, суждения беспокоили Олию, но он полагал, что единственный недолюбливает наследницу. Оказалось, нет. Простой народ, как всегда настроенный более консервативно, тоже был недоволен тем, что во главе клана должна встать дикарка. Отметив про себя, что об этом надо будет рассказать шеру Марет, Олия погрузился в мысли, нет-нет да и прислушиваясь, не всплывет ли еще раз имя Лиан.

Вначале ее появление в Мараке Олию искренне обрадовало. Далекий от детей, он радовался за Владыку, обретшего подобие семьи, и за сам Дом Базаард, получивший возможность остаться во главе клана. Первым, что насторожило его, стала немота девочки. Как же она будет общаться? Почти глухой сам, он хоть и с усилием, но разбирал таэбу, пусть почти не мог на нем говорить, но ведь дело в чем – устную речь понимают все.Наследница же, не производящая ни звука, сразу лишала себя диалога с мысленно глухими – да вон хоть с сынком шеру Риттора!

Не нравилось Олии и то, как девчонка общалась с Тиором, явно не отдавая себе отчет в том, какой невероятной чести удостоилась. На его взгляд, она должна была благодарить Владыку каждый день за все, что он для нее сделал: избавил от унылой человеческой жизни, одел в шелка и бархат, возвысил так, как ни один полукровка не мог и мечтать, признал равной себе, закрыв глаза на мать-беглянку и никчемного отца, в людском мире не имевшего никакого веса. Лиан же будто бы воспринимала все как само собой разумеющееся, общаясь с Тиором без должного почтения, на равных, – порой Олия становился свидетелем их безмолвных разговоров, и ему хватало ее позы, выражения лица, упрямо вскинутого подбородка или сжатых губ, чтобы понять, что ни о каком почтении тут речи не шло. Несколько лет назад он и вовсе попал в разгар ссоры. Вызванный на очередной доклад, Олия пришел чуть раньше назначенного времени, надеясь вернуть былую традицию неофициальных бесед, и вынужден был резко затормозить у двери кабинета Тиора, чтобы не столкнуться с Лиан, вылетевшей оттуда разъяренной пулей. С номтеруона даже не поздоровалась – то ли не заметила, то ли не посчитала нужным. Осторожно спросив Владыку, все ли в порядке, Олия получил в ответ лишь беспечную улыбку: «Характером она точно пошла в нас. Отращивает когти и клюв, это хорошо, в будущем пригодится». Олию же будущее в компании такой девицы печалило.

Какое-то время Олия одергивал себя, не веря, что Владыка мог так ошибиться в выборе наследницы, но разговоры с шеру Марет – сначала осторожные, а затем все более смелые – подтвердили его опасения: Тиора ослепила радость обретения детеныша, кого-то, кто напоминал ему погибших детей. Ша-Базаард сдавал, возраст брал свое, Лиан же была своенравна, неуправляема, лицемерна и вспыльчива. Представить, куда заведет клан такой Владыка, было страшно, и Олия только надеялся, что его веса, связей и опыта хватит, чтобы сглаживать последствия принятых ею решений. А возможно, и вовсе не давать им претворяться из замыслов в действие.