Книга Кровь Дома Базаард, страница 349 – Дина Шинигамова

Со временем это превратилось в привычку, и в какой-то момент Марет призналась себе, что воспринимает происходящее не как отдушину, а как удовольствие.

Схожим образом она чувствоваласебя в компании Олии, но тут дело осложнялось необходимостью постоянно поддерживать образ благостного лидера, не стремящегося к власти, а лишь принимающего его с благодарностью и смирением. «Во благо клана». Ха! Во благо семьи Риттора!

Марет опустилась в кресло, тщательно расправив складки на подоле, и потянулась к пиале, бросив на сына быстрый взгляд. Тот внимательно следил за ней, словно человеческая собачка, ожидающая команды или одобрения.

«Какой же ты жалкий».

Пригубив тягучую горячую пину, Марет вернулась мыслями к недавно ушедшему номтеру. С каждым днем, с каждой встречей Олия вызывал у нее все больше отвращения – его сознательная слепота во всем, что касалось «неудобных» тем предстоящего переворота, была недостойным поведением для мужчины. Один раз он осторожно поинтересовался судьбой наследницы и, когда Марет намекнула, что та «бесследно исчезнет из обоих миров, а об остальном беспокоиться не стоит», покорно отгородился от этой темы. Все в клане знали, что Олия пробился из низов, и это вызвало к нему, занявшему в итоге высочайший пост, уважение, но Марет видела и оборотную сторону этой медали. Предательство. То, как легко он пошел на него, распаляемый личной обидой на Лиан, отвернувшись от Тиора, которого, единственный из всего клана, мог называть «шами». Да, они обернули все так, будто заботятся о воронах, будто полукровка погубит их и приведет к пропасти (и немало этому посодействовала сама Марет, незаметно распаляя в вороне чувство тревоги и безнадежности), но сколько в этом было правды для Олии? А сколько оправдания?

Марет сделала еще один глоток, ловя в висящем напротив зеркале отблеск хрустальной люстры. От Олии надо будет избавиться, как только она укрепится в своей власти. Кто предал один раз, может сделать это и снова.

– Матушка, – Тито кашлянул, и Марет мысленно закатила глаза – жест, от которого она отучилась еще в детстве, пару раз получив веером по рукам от гувернантки, – я встретил по дороге шамари Мутакару…

Марет напряглась. Что этот олух мог сказать, не выдал ли себя чем-то? Его неконтролируемое таэбу не представляло опасности при разговоре с Тито, но он мог повести себя подозрительно, замяться с ответом или сболтнуть лишнего…

– Он сказал, что заходил к вам поговорить о поставках для Младших семей. – Тито подобострастно подался вперед,и пола его сюртука замялась в омерзительную складку. – Все в порядке, надеюсь? Если есть какие-то проблемы с цифрами, я могу помочь, только скажите.

«Конечно, только с цифрами ты и можешь помочь. Никчемыш».

– Нет, – Марет чуть приподняла уголки губ, – все в порядке. Но я буду помнить о твоем любезном предложении.

На мгновение воцарилась благословенная тишина, но затем Тито вновь кашлянул – «Слепое солнце, да что же ты кряхтишь как старый ворон!»– и продолжил:

– Меня обеспокоило, что сам номтеру лично нанес вам визит. – Он мелким движением заправил за ухо прядь волос, которая тут же выбилась обратно, слишком короткая, и упала ему на глаза. – Вы уверены, что все хорошо? Если есть какие-то проблемы, не стоит щадить мое спокойствие, я готов помочь во всем!