Книга Кровь Дома Базаард, страница 84 – Дина Шинигамова

Он, насколько мог, завис в воздухе, несколько минут наблюдая эту гнетущую картину, наполняющую все его существо непонятной печалью. Шакалы не были особенно ценным соседом, но обрушение моста почему-то казалось каким-то символом потери и крушения надежд, безотносительно к принадлежности стоящих по обе стороны от него зданий.

Возможно, прошло больше времени, чем он думал, потому что вскоре от некогда широкого и высокого сооружения, соединяющего две твердыни, остались лишь кривые уродливые остовы, торчащие из гранитных стен подобно обломкам вырванных крыльев.

Все еще пораженный, Тито вздохнул и направился к этажам Марака, отведенным под служебные апартаменты.

Как и прочие внутренние твердыни, Марак был достаточно огромен, чтобы вместить в себе все Старшие семьи, предоставляя им целые этажи в личное пользование, рабочие отделы, полностью контролирующие функционирование как самого здания, так и внутреннюю механику клана, служебные и нежилые помещения, а также предоставить достаточное количество пустых комнат, в которых мог остановиться каждый желающий ворон, числящийся на службе у клана.

Тито, давно уже покинувший материнское гнездо, привык большую часть времени проводить в одних и тех же, довольно скромных по сравнению с остальными апартаментах, состоящих из спальни и кабинета, объединенного с гостиной, – типичная холостяцкая нора. Периодически он наведывался на этажи Риттора, постепенно разрастающиеся то вверх, то вширь, пропорционально увеличению численности семьи, но делал это больше для поддержания нормальных отношений с матерью, чем по зову сердца.

Рабочие комнаты уже давно закрепились за ним, и, поскольку Тито не собирался заключать брачный союз, ему не приходилось беспокоиться о грядущем соседстве с матушкой и семьями братьев, которые находились на несколько уровней выше. Даже почту ему доставляли сюда: и личную, и рабочую, и настоящую рабочую. Последнюю, конечно же, в зашифрованном виде.

Сейчас, опустившись на широкое мраморноеограждение балкона, он последний раз взмахнул крыльями, удерживая равновесие, и легко спрыгнул на узорный пол, на ходу скидывая пальто и сюртук.

Балкон соединялся со спальней, и переход в нее окаймляли легкие складчатые шторы, закрепленные по бокам.

Расстегивая жилет с тонким серебряным шитьем, слишком вычурный на его вкус, Тито прошел из спальни в кабинет, одной рукой наливая в пиалу приготовленную слугами к его возвращению пину, а другой разбирая накопившуюся почту.

Среди разноцветных конвертов с письмами знакомых из других кланов и черных прямоугольников служебных посланий он с улыбкой обнаружил один, лишенный цвета. Простой крафтовый конверт, чуть отличающийся формой и запечатанный восковой кляксой, – конверт из мира людей.

Вместо пергамента – желтоватая бумага и чернила не насыщенного черного цвета, а обычные, блекло-серые.

«Наслышана о твоей выходке на Совете. Горжусь! Жаль, не видела сама. Жажду подробностей.

П.»

Тито улыбнулся и убрал письмо обратно в конверт. Не то чтобы отследить адресанта этого послания было совсем невозможно – было бы желание, – но от посторонних взглядов и домыслов такая маскировка предохраняла неплохо. Большинство посыльных прекрасно ориентировалось в цветах кланов и основных Старших семей, так что безликий конверт если и вызывал вопросы, то не давал ответов.