Книга Двери в полночь, страница 246 – Дина Шинигамова

Я уже почти собираюсь извиниться и уйти домой, когда на телефоне вспыхивает смска от Китти: «Айджес заперлась в кабинете Шефа часа на два, не меньше. Подумала, тебе будет полезно знать». Горечь заливает все вокруг кисло-зеленым маревом, злость на себя, на него и на Айджес сводит скулы. Даже на Марка я сейчас злюсь — за то, что он ничего не знает, за то, что он такой обычный, совершенно обычный человек. И за то, что там, в нескольких сотнях метров от нас, совершеннонеобычный человек как будто напрочь забыл о моем существовании в компании такой же необычной женщины. Китти права, мне стоит об этом знать.

Я убираю телефон и разворачиваюсь к столику. На мгновение рюмки у меня перед глазами танцуют джигу, но я хватаю первую попавшуюся и опрокидываю в себя, несмотря на вспыхнувший во рту пожар. Потому еще и еще одну. Марк пытается вставлять какие-то остроумные комментарии, но я не слышу его — точнее, не хочу слышать. После третьей стопки горло уже перестает так остро реагировать на алкоголь, я затягиваюсь сигаретами. Марк попыхивает трубкой и когда он выпускает дым через нос, совсем как это делал Шеф, мне хочется ударить его наотмашь за его абсолютную, болезненную непохожесть, а этот дым кажется почти богохульством.

Текила льется рекой, на столе уже меняется вторая бутылка, мы оба смеемся громче, чем стоит, и я пьяна в стельку, едва держусь на ногах, не трезвея даже когда Марк, наклонившись вперед, вдруг целует меня.

Я не помню, как мы оказались у него дома. Помню, как шарахались от скучающего полицейского — Марк с искренним весельем, я с отчаянным. Помню, как он потянулся за выключателем в коридоре, но я остановила его руку, боясь не выдержать того, что вижу перед собой другоелицо. А потом был смех, мгновенное чувство неловкости, когда он запутался в одежде, скрипнувшийпод весом двух тел диван и ясное, как дневной свет, ощущение собственной глупости...

Разбудило меня жужжание телефона из кармана джинсов. Первые несколько секунд я не понимала, где нахожусь, а потом воспоминания накатили разом, и вжалась лицом в подушку, как будто стараясь задушить сама себя.

Жужжание не прекращалось, и если бы это оказался Шеф я, наверное, сгорела бы на месте. Но это была Китти.

— Ты в курсе, что у нас смена через полчаса? — поинтересовалась она совершенно будничным тоном. — Или ты сновав какой-то передряге? Или тебя начальство прячет?

— Нет, начальство меня больше не прячет, — прошептала я, — начальству теперь на меня наплевать.

— Ну и черт с ним, — я услышала, как она выдохнула дым в сторону, — ты на работу-то собираешься?

— Собираюсь, — я встала с резко скрипнувшего дивана, замерла, оглядываясь на спящего Марка, и облегченно разогнулась — вымотанный ночью и текилой, он спал как убитый, — вот только футболку найду.

— А почему ты шепчешь, кстати?.. — начала было Китти, но тут же оборвала сама себя. — О боже. Ты шепчешь среди ночи, ищешь одежды и забыла про смену. Я правильно все понимаю?

— Боюсь, что да, — прижав телефон к уху, я подпрыгнула, натягивая джинсы, — и не вздумай меня осуждать.

— Почему?

— Я уже сделала это за тебя.

— Молодец какая, — хмыкает вампирша. — Помогло хоть?

Я на секунду замираю, оглядываясь на кровать. В комнате темно, окна зашторены, но мне хватает зрения, чтобы разглядеть раскинувшегося по подушкам Марка. Он распустил «хвост», и волосы тяжелой волной оплетают плечи, спадая на грудь.