Книга Солнце в силках, страница 135 – Марина Сычева

Сам человек лишь наполовину, он всякое видел в Нижнем мире, но стоящее у самой кромки льда существо даже ему казалось невообразимым. Шерсть на теле оленя слиплась от крови и торчала колтунами, среди которых тут и там копошились смрадные щупальца тьмы. Семь костяных отростков венчали его голову могучей короной, но морда у существа была не оленья. И даже не волчья, как это было там, на противоположном берегу. На Суодолбы смотрело жуткое смешение благородного оленя с волчьим оскалом и почти человеческими глазами. Черты существа текли, то заостряясь волчьей мордой, то вновь уподобляясь лицу.

Суодолбы, как завороженный, следил за этими изменениями. В очередной раз оскал поплыл, исчезая, и зверь прорычал:

– Отдай, абаас! – Суодолбы вздрогнул, различив людскую речь. Нахмурился, отрицательно покачал головой. Зверь взревел дико и ударил копытом.

Покоящаяся в руках полуабааса Алтаана вдруг шевельнулась, выдохнула едва слышно.

– Табата, – произнесенное ей имя резануло Суодолбы по самому сердцу. Больнее, чем огонь, терзавший его спину. Больнее, чем все, что полуабаас испытывал за свою жизнь.

– Табата! – янтарные глаза распахнулись, Алтаана взглянула в окаменевшее лицо Суодолбы, перевела взгляд на рогатое существо с человечьими глазами и волчьим оскалом и потянулась к нему. – Пусти, Суодолбы!

Алтаана не кричала, не требовала, она просила. Так просят, уже зная, что ответ будет утвердительным.

Сердце полуабааса дало трещину: все напрасно. Что бы он ни сделал для Алтааны, как бы ее ни оберегал, она любит этого слабака-ойууна, едва не погубившего ее. Дважды. Трижды. Сколько бы раз Табата ни поставил ее жизнь под угрозу, Алтаана будет любить его.

Что же тогда остается Суодолбы?

Бережно спустив Алтаану на землю, он поддержал ее, давая возможность привыкнуть, устоять на ослабевших ногах. Глаз со зверя Суодолбы по-прежнему не спускал, но тот не двигался, только беспрестанно меняющиеся черты зверя говорили о том, какая внутренняя борьба кипела внутри него.

Благодарно сжав руку Суодолбы, Алтаана шагнула вперед.

Снова этот кошмар! Снова хрупкая девушка против Неведомого.

Но теперь Суодолбы будет рядом. Он шагнул за Алтааной так, чтобы видеть зверя и мгновенно подхватить ее в случае опасности.

Алтаана шла молча, не отводя взгляда от существа. Суодолбы чувствовал себя рядом с ней трусом: он вздрагивал каждый раз, когда плети тьмы на шкуре зверя хищно ощетинивались, а карие глаза подергивались желтизной.

Но Табата держался, не позволяя злу в своей душе взять верх. Надолго ли его хватит?

Вдруг какой-то низкий, нежно рокочущий звук разлился над рекой, исподволь вплелся в застывший в ожидании мир.

Зверь переступил тревожно, застриг ушами и замер, вслушиваясь. Черные щупальца безвольно обвисли. Мелодия тянулась, успокаивая.

Что происходит?

Полуабаас отвел взгляд от зверя, ища источник звука. За спиной оленя в кроваво-красном мареве заката стояла удаганка. Под ее плавно двигающимися пальцами сновал язычок хомуса. Поймав взгляд Суодолбы, Тураах кивнула и прикрыла глаза.

Алтаана сделала еще один плавный шаг и замерла напротив зверя. Суодолбы не мог видеть, но ему показалось, что она улыбается.

Кромешный мрак поредел, пропуская в себя мягкий янтарный свет. Сначала слабый, он набирал силу постепенно, как набирают ее плоды рябины, рдея под лучами летнего солнца. Из теплого сияния возникла девушка с едва достающими до плеч медными прядями.