Книга Колдун с Неглинки, страница 104 – Саша Степанова

Резко обернувшись, она уставилась на него в упор.

— Врачиха тебе не объяснила, что ли? — В этот миг в чертах ее лица отчетливо проступило нечто поросячье. Мирон помотал головой. — Ла-адно. Телик посмотришь — и разберешься. Работка непыльная, получше, чем кирпичи на стройке таскать. Вот! — Она похлопала по единственной незанятой койке на первом ярусе. — Лежи тихо. Смотри телик. Тебя позовут.

Телик и правда работал — без звука, но с субтитрами. Не телик, а телекран. Мирон кое-как устроился на продавленной сетке, уставился в нависающий сверху холм чьей-то задницы и подумал, что если работа идет в две смены, то, пока его не будет, здесь положено дрыхнуть еще какому-то мужику, а белье вряд ли сменят.

— Телик смотри! — грозным шепотом скомандовала тетка.

Показывали ересь всякую вроде шоу про экстрасенсов. Говорящая голова старательно и беззвучно объясняла, как распознать подселенного беса. Субтитры гласили: «Безошибочно понять, что вам подселили, можно по нескольким простым критериям. Вас избегают люди. Вы отекаете. Вы спиваетесь. Вы агрессивны. Вы одержимы навязчивыми идеями величия». Мирон подумал, что, похоже, подселили-то всей стране, а голова сменила тему. «Чтобы подселить, нужно посадить беса на плечо и выбрать жертву. Все, что от вас требуется, — поссориться с жертвой. Если вы в общественном транспорте, наступите человеку на ногу. На улице толкните или обругайте его. Будьте настойчивы, не оставляйте человека в покое. Проконтактируйте физически, чтобы бес перескочил на жертву. Как только это произойдет, возвращайтесь к куратору для полученияследующего беса».

Это уже напоминало техзадание.

«После того как вы выполните все подселения, убедитесь, что кураторы снабдили вас димедопроприоципином в количестве, достаточном для снятия побочных эффектов взаимодействия с бесами».

Интересно, кто-то реально верил, что очиститься от взаимодействия с бесами поможет фарма? С работой все ясно, вот только кому и зачем понадобилось подселять бесов случайным людям?

Дверь приоткрылась, и Мирона хлопнули по плечу, приглашая на выход.

— Ну что, Комсомольск-на-Амуре, — расплылся в щербатой улыбке Колян, — разобрался, что делать надо? Хороша работа?

— Лучше, чем кирпичи таскать, — осторожно процитировал тетку с кухни Мирон.

— А я тебя, прикинь, вспомнил. Из Видного ты. И зубная врачиха тебя сюда не отправляла. Она хотела у нас Афонюшку отнять. Так вот я думаю: че ты сюда, такой лощеный, приперся, еще и набрехал с три горы? И сам себе отвечаю: ее ищешь.

Мирон завел руки за спину и раздвинул бинт. Из спален в коридор полезли мужики, и выглядели они так, будто вообще не просыпались. Миг — и Мирон оказался лежащим перед Коляном, как долбаная звезда на руках у фанатов. Перед лицом, зажатая в чумазых пальцах Коляна, оказалась горошина, по виду — козий навоз. Мирон сжал зубы, но зомбированные мужики раздвинули челюсть на раз-два.

— Наш любимый димедопроприоципин, — пояснил Колян и щелчком закинул горошину ему под язык.

— Уверена? Хорошо, поняла.

Зеленые цифры в темноте показывали половину третьего ночи. С Отдельновым точно нужно было что-то решать. Бросили парня в воду, а плавать не научили. По-хорошему, отправить бы его обратно в подмастерья… Пусть бы вон с Евой Девяткиной искал, кто в «Дикси» по ночам овощи обгрызает. Нет, несправедливо. Все он может.