Книга Колдун с Неглинки, страница 19 – Саша Степанова

Он подошел, но не сразу — для начала осмотрел буфет (обычный) и кресла (ничего особенного), постучал по изнаночной стороне столешницы (деревянная), а когда обернулся, увидел, что Василий уже притащил из прихожей свой рюкзак и один за другим доставал из него странные предметы. Два пучка засушенной травы, толстая черная свеча, потрепанная книга в обложке без подписи — тоже черная, небольшой нож — тот самый, которым Калерия разрезала Мирону ладонь. При виде этого реквизита экстрасенса-шарлатана он не удержался и фыркнул. Василий услышал. Метнул в Мирона взгляд-молнию, сунул ему в руки один из пучков и прошипел:

— Это для антуража. Чего стоишь? Поджигай и ходи вокруг меня, бормочи что-нибудь.

Мирон подпалил сухие макушки и замахал ими в воздухе. Резко запахло пожаром.

— Здесь что-то есть, — прошептал он, окуривая Василия, стол, комод и углы комнаты. — Я чувствую присутствие сущности.

Краем глаза Мирон заметил вытянувшееся лицо графини,но решил на нее не смотреть и получше вжиться в роль.

— Сущности, — повторил он, беспомощно глядя на Василия, который водил ладонями над пламенем свечи и игры не поддерживал. — Мертвая энергетика. Ж-женская.

— Нужно объединить силы, — сжалился тот. — Сядь напротив.

Мирон встал перед ним на колени, но не понял, куда девать все еще дымящиеся черенки, поэтому спрятал их за спину. Свободной рукой ухватился за левую руку Василия, но тот оттолкнул ее и взялся правой. Получилось не очень таинственно. Возня какая-то. Мог бы и предупредить.

— Увидеть скрытое, — шепотом подсказал Василий. Мирон, спину которого припекало, встрепенулся.

— Увидеть скрытое! — провыл он.

И толпа растащила их в противоположные стороны.

Тишина квартиры взорвалась голосами. Стало теснее, чем в метро в час пик: нездешне одетые люди ходили по комнате, толкались, держа в руках кто чайник, кто лампу, кто полотенце. И говорили, говорили, говорили — непонятно. Другой язык. Даже не один — разные. «Ривка, Ривка!» — единственное, что удалось разобрать. Может, и не так, но похоже. Под ногами у взрослых терлись, пытаясь бегать, дети, некоторые просто стояли с выражениями лиц пассажиров, заждавшихся поезда. Мужик с чайником ломился на кухню, но там, судя по гомону, было то же самое.

— Что это такое?! — крикнул Мирон Василию, втиснутому между спинами и тумбочкой с телевизором. Краем глаза он видел, что графиня в панике переводит взгляд с одного на другого, явно не понимая, чего вдруг они начали орать и к стенам жаться.

— Покойники! — проревел в ответ Василий, уворачиваясь от локтя одетой в рванье девицы. — На целое кладбище хватит!

— Дай руку! Попробуем их убрать!

— Ни фига! — Василий отчаянно замотал головой на случай, если Мирон его не слышит. — Скрыть обратно!

Мирон попробовал сделать шаг, но сразу же увяз в плечах и спинах. От мысли, что все эти люди мертвы, к горлу поднималось кислое. Он разглядел, что Василий медленно, но верно пробирается к нему, грубо расталкивая покойников, и снова представил, как все это должно выглядеть для графини. Чертовски жутко. Такого не сыграешь.

Самого Василия он вдруг видеть перестал: тот упал и не пытался подняться, но его растопыренная пятерня мелькнула между ботинками потного пожилого мужчины, который напирал на Мирона.Выпустив из груди весь воздух, Мирон, шаркнув толстовкой, сполз по стене. Нащупал скользкую руку Василия, которой тот двигал туда-сюда, и сжал ее.