Онлайн книга «Сезон комет»
|
– На каких, например? – Так, а куда парнишка делся? – спросила Вера у двери в камеру, заметив отсутствие Ростика. – Отлучился в уборную. Она кивнула и повернула ключ в замке. – Так на чем попадаются убийцы, шериф? – Чаще всего на уверенности в собственной неуязвимости. – Просто от того, что мы докажем его виновность, зависит очень многое. Жизни людей. – Я что-то пропустил? – выпалил Ростик, подбегая к нам. Подошвы его кроссовок мерзко заскрипели по линолеуму. Шериф показала нам, как отпирать и запирать дверь, и ткнула в точку на карте у меня в телефоне – там, где находилась пиццерия, в которой мы с Ростиком могли поужинать. Пока мы ехали по пустой узкой дороге в полной тьме, Ростик заговорил об Ире. Я знала, почему он выбрал именно этот момент: я не могла ни разглядеть его лицо из-за темноты, ни отвести глаза от трассы. – Знаешь, я ужасно скучаю по ней, – тихо произнес он. – Утром, когда подходит время прозвонить будильнику и пора в школу вставать, я слышу ее голос – она орет и ругается, что я опять проспал. А мне так радостно. Но потом я просыпаюсь… Вернувшись в отделение после ужина, мы устроились в камере на матрасах. В полицейском участке царила тишина – не считая единичных трелей телефона, которые эхом отдавались под потолком. Все ночные звонки переадресовывались напрямую Вере. Эта камера совсем не походила на ту, в Сан-Франциско, где я провела несколько часов. Мы с Ростиком посмеялись над тем, что за месяц уже во второй раз попали в тюрьму, и нам стоило бы сменить образ жизни. По тому, как заливисто он смеялся, я поняла: парень где-то успел напиться. Я потребовала от него объяснений, впрочем, постаравшись сдержать праведный гнев в голосе. Он со смехом извлек из-за пазухи своей кожанки плоскую бутылку с виски. Этот маленький кудрявый подонок обокрал шерифа. Я рассмеялась, он сел рядом со мной и предложил глоток. Я приняла бутылку из его рук. Он включил в телефоне какой-то трек и попросил меня послушать слова – мол, они ассоциируются у него со мной. Я попыталась сконцентрироваться на вязком женском голосе, который пел о любви к призраку, но меня отвлекали мысли о Фрэнки и о том, что случится завтра. И тут произошло странное. Ростик потянулся ко мне и поцеловал в губы. Я потеряла дар речи, на мгновение просто замерла, а затем меня пробрал истерический смех. – Рост, ты чего! Что за прикол такой дурацкий? Он отпрянул с глазами, полными слез. Тут же меня накрыла обжигающая волна стыда за смех и вина за то, что, наверное, это я, взрослая женщина, спровоцировала подобное развитие событий. Я взглянула в его влажные, горящие яростью глаза и попыталась дотронуться до его плеча. – Ростик, прости меня, пожалуйста. Я не хотела смеяться, это от нервов, просто я никак не ждала… – Да пошла ты! – Он оттолкнул меня и выбежал из камеры. Я последовала за ним. Догнала на боковом крыльце полицейского участка, выходящего на парковку. Подбежав, я хотела извиниться за свой смех и объяснить, что ему не нужно было этого делать. Ведь я держала его, маленького, на руках, прятала от Иры мокрые простыни, когда ему снились кошмары, расчесывала его кудри… Но он зажал рукой мой рот и показал пальцем в глубину парковки. Там была Вера, я узнала ее пиджак и осанку. А рядом с ней в темноте находился кто-то еще. Я не видела его лица, но в тусклом свете фонаря разглядела грубые рабочие ботинки с квадратными носами. Позади стоял ободранный синий пикап с облупившейся круглой эмблемой какого-то бизнеса на боку. Я не могла отделаться от ощущения, что уже встречала его раньше. |