Книга Кроличья нора, страница 143 – Дмитрий Ромов

— Определённо, — усмехнулся я. — Мне нравится, что ты в хорошем настроении.

— Веселье помогает не умереть от грусти. Ты знал?

Я не ответил. Втопил педаль, наполняя вселенную рокотом.

— Наверное органисты, чувствуют себя настоящими повелителями миров, — сказала Настя. — Они лишь движениями рук и ног заставляют материю дрожать и трепетать. Буквально, между прочим. Впрочем, у тебя это тоже это здорово получается. Я не понаслышке знаю.

Настроение было странным. Как будто было что-то, о чём мы не решались говорить. Но торжественный выезд удался. Очень даже. Мотор ревел. Колёса шлифовали мёрзлый асфальт и наледь. Корму закидывало, машины шарахались в стороны. Настя смеялась, кричала на виражах, а я жал.

Дядя Стёпа постовой махнул у главпочтамта полосатой палочкой, но я рванул вперёд, не остановился. Номера на машине были старинные, будто мы, как в том фильме, про путешественников во времени примчали сюда из девяностых прямо на тачке.

— Назад в будущее, — подсказала Настя. — Тот фильм назывался «Назад в будущее».

— Наверное, — согласился. — Ты права.

Я въехал на тротуар и остановился прямо перед школьным крыльцом. Было не слишком морозно, градусов восемь, так что народ тусовался на крылечке.

— Вау!!! — встретили школяры наш выход восхищёнными возгласами. — Фига се!!! Это чё за тачка⁈ Это красиво Крас подрулил!

Дискач был в актовом зале. Мы пошли к лестнице. Школа кипела, будто был учебный день. Хотя, нет. Атмосфера была другой — праздничной, полной предвкушения. В общем, мандарины, цветные лампочки и ожидание чуда.

Настя выглядела как леди, и народпривыкший к разноцветным волосам альтушки, к коротеньким юбчонкам и детскому виду буквально сворачивал шеи, глядя ей вслед. Она держала меня под руку.

Когда мы вошли в актовый зал, жизнь там уже кипела. Со сцены спускалась Медуза под звуки оваций, к которым ди-джей подкинул бита. Бум-бум-бум-бум! Медуза взмахивала рукой в такт.

— Ну, что же, друзья, это была Лидия Игоревна, которую вы только что искупали в овациях.

На сцене стоял Глитч и качал ритм вытянутой рукой с растопыренными пальцами.

— Как говорится, если голова болит, значит она есть. Надеюсь, она меня не слышит.

Медуза остановилась и что-то шутливо начала кричать Глитчу, но из-за шума толпы слышно её не было.

— Я понял, понял, — кивнул Глитч и помахал ей рукой, мол, идите-идите. — Не думаю, что кому-то, кроме Лидии Игоревны это будет интересно, но ничего не поделать. Она ведь здесь хозяйка. Короче, представляю вам гвоздь нашей новогодней программы. Причём, гвоздь почти в буквальном смысле. Анна Рекс. Лекция о здоровом питании.

Народ забился от хохота.

— Шучу, шучу. Ладно, Аня, иди к нам, мы не страшные, — он помахал за кулисы и снова обратился к залу. — Итак, стихи про Новый год. Исполняет Анна Грошева. Если судить по настойчивости, с которой Лидия Игоревна подталкивала Анну к этому позору на сцене, можно сделать вывод, что она сама эти стихи и написала. Но нет, ка ни странно, стихи написала не Лидия Игоревна. Стихи написал некто Блок. Вы слышали такого? Лично я нет. В общем, Александр Блок, «Ночь на новый год». Исполняет Аня, ну вы уже поняли, какая. Ань, давай. Заходи тихо, говори четко, проси мало, уходи быстро.

Действительно, Грошева появилась на сцене. Прошла, как тень, как бесплотный дух.