Книга [де:КОНСТРУКТОР] Терра-Прайм, страница 69 – Александр Лиманский, Виктор Молотов

— Кучер, — он заговорил быстро, сбиваясь, как человек, у которого мыслей больше, чем слов. — Это не мутация. Не радиация. Не местная вода и не плесень. Это направленный генетический сплайсинг. Рекомбинация тканей двух видов с хирургическим соединением нервных систем. Его собирали на столе, как конструктор. Как гребаный конструктор, понимаешь? Кто-то взял авик, взял раптора, распилил обоих по нужным линиям и сшил в одно целое.

— А слизь? — спросил я.

— Слизь работала как среда. Как ростовой фактор. Как… как цемент, который не даёт разойтись шву. Без неё ткани отторгли бы друг друга за сутки. С ней они срослись. Намертво.

Я молчал. Смотрел на существо на каталке и пытался уложить в голове масштаб того, что видел. Кто-то здесь, в этой шахте, в лаборатории, спрятанной под сотнями тонн породы, занимался тем, что сшивал людей с динозаврами.

Не метафорически. Буквально.

Скальпелем,скобами и чёрной дрянью. Создавал гибридов. Химер. Существ, которые совмещали в себе выносливость и регенерацию местной фауны с интеллектом и моторикой человеческого тела.

И судя по залу с сотнями коконов, эксперимент зашёл далеко. Очень далеко. Дальше, чем кто-либо планировал.

— Шеф, — голос Евы был лишён сарказма. — Анализ биосигнатуры завершён. Генетический профиль объекта на каталке содержит маркеры аватара класса 'Спринт" и маркеры двух видов местной фауны, предположительно дромеозаврид и неидентифицированного вида. Нейрочип модифицирован для двустороннего управления обоими наборами конечностей. Это проект по созданию идеального носителя. Они пытались скрестить выживаемость и физику местной фауны с человеческим интеллектом и моторикой аватаров.

Я отвернулся от каталки.

Осознание накатило не сразу. Оно подбиралось исподволь, как холод в неотапливаемом помещении, и к тому моменту, когда я повернул голову к Гризли, оно уже заполнило меня целиком.

Гризли стоял у заваренной двери. Потирал помятую разгрузку. Избегал прямого взгляда, как школьник, пойманный за списыванием, только школьники не подставляют людей под когти бессмертных тварей.

Два шага.

Я не помнил, как преодолел расстояние. Только помню звук, с которым спина Гризли впечаталась в толстое бронестекло лабораторного бокса. Тяжёлый глухой удар, от которого стекло жалобно скрипнуло, и по его поверхности поползла ветвистая микротрещина.

Левое предплечье «Трактора» легло Гризли поперёк горла, чуть ниже кадыка, и гидравлика вжала его в стекло с усилием, от которого глаза наёмника расширились, а ноги оторвались от пола на несколько сантиметров. Он повис на моём предплечье, скребя пальцами по наручу «Трактора», и хриплый свист из сдавленного горла был единственным звуком, который ему удавалось издать.

— Официальный заказ на датчики был наживкой, — я говорил тихо. Почти шёпотом. Но в лаборатории было так тихо, что каждое слово отскакивало от стен и кафеля, и все слышали. — Ты знал, куда мы идём. Выкладывай, сука, что за контракт у тебя.

Гризли дёрнулся. Мышцы штурмового аватара были мощнее моих в чистом сравнении, но гидравлика «Трактора» давала тройной коэффициент усилия на хвате, и в позиции, где я прижимал его к стене предплечьем, у него не было рычага.

Физика. Она работалаодинаково, что на Земле, что на Терра-Прайм. Нет точки опоры, нет силы. Он это понял быстро, потому что дураки на Терра-Прайм не выживают дольше месяца, а Гризли выжил значительно дольше.