Книга [де:КОНСТРУКТОР] Терра Инкогнита, страница 133 – Александр Лиманский, Виктор Молотов

Нож пошёл в дело. Рукоятью, тяжёлой прорезиненной рукоятью с металлическим навершием, я ударил по вентилю.

Раз. Латунный барашек хрустнул, но держался. Второй раз, сильнее. Вентиль слетел, обнажив шток.

Теперь трубка. Я перехватил её левой рукой, упёрся ногой в стену и согнул. Медь поддалась с жалобным стоном, тонкий металл деформировался, и на изгибе лопнул, разошёлся трещиной.

Свист.

Раздался резкий, пронзительный, как свисток арбитра на стадионе, только громче и яростнее. Чистый кислород под давлением в несколько атмосфер ударил из разорванной трубки, и невидимая струя врезалась в белёсый туман «Морфея», смешиваясь с ним, насыщая аэрозольную взвесь окислителем.

Алиса отшатнулась.

— Ты что…

Я уже её не слушал. Запрыгнул на ближайшую каталку, оттолкнувшись от пола обеими ногами, и металлическая рама загрохотала под весом «Трактора», колёсики разъехались по мокрому кафелю, но я уже стоял на столешнице и тянулся к потолку.

Аварийный маячок висел прямо надо мной. Красный вращающийся колпак в пластиковом кожухе, запитанный от аварийной сети.

Рукоять пистолет-пулемёта пошла вверх. Один удар, и пластик лопнул, разлетевшись осколками, как ёлочная игрушка. Лампа внутри хрустнула, вращение остановилось, и маячок умер, оставив после себя огрызок крепления,из которого торчали провода.

Два провода. Красный и синий. Под напряжением, судя по тому, как мигала их оплётка в такт пульсации аварийной сети.

Я выдернул их из крепления. Каталка подо мной покачнулась, и я спрыгнул на пол, приземлившись на обе ноги, держа провода в вытянутых руках. Подальше друг от друга. Подальше от себя.

Зубами зацепил оплётку красного провода, сдёрнул пластик, сплюнул. Горький привкус. Медная жила заблестела в тусклом свете оставшихся маячков. Повторил со вторым. Сплюнул снова.

— Ты нас взорвёшь! — Алиса прижалась к стене, глаза были размером с блюдца. — Кислород и искра… ты псих!

— Именно, — ответил я. — Ева, концентрация кислорода?

— Двадцать восемь процентов и растёт, — голос Евы был ровным, деловым, лишённым каких-либо обертонов. — Критический порог воспламенения любых материалов через тридцать секунд.

— И ещё кое-что.

— Что?

— Я просканировала помещение. В стенном шкафу у левой переборки, за стеллажом с контейнерами, три аварийных противогаза. Маркировка ГП-21, полнолицевые, с комбинированными фильтрами. Должны сдержать «Морфей».

Я обернулся. Левая стена, стеллаж с пустыми пластиковыми контейнерами, за ним, утопленный в нишу, металлический шкафчик с красным крестом и надписью «АВАРИЙНЫЙ КОМПЛЕКТ». Стандартное оборудование для помещений с химической угрозой.

Конечно. Лаборатория, работающая с газами и реагентами, обязана иметь средства защиты. Регламент, инструкция, пожарная проверка. Даже здесь, на краю мира, бюрократия делала своё дело.

— Алиса! — рявкнул я. — Шкаф у левой стены, за стеллажом. Противогазы. Тащи!

Она сорвалась с места раньше, чем я договорил. Ботинки громко прошлёпали по воде, стеллаж загрохотал, отодвинутый в сторону. Скрежет петель, звяк дверцы. Секунда тишины, потом сдавленный всхлип, похожий на смех.

— Есть! Три штуки! — Она вынырнула из-за стеллажа с противогазами в охапке.

Серо-зелёные резиновые маски с круглыми стеклянными визорами и цилиндрическими фильтрами, болтающимися снизу, как хоботы механических слонов. Протянула один мне, второй натянула на себя, третий сунула под мышку.