Книга Ведьма Вороньего леса, страница 102 – Дженни Кир

В его прищуренных глазах и мягкой улыбке было что-то, располагающее к честности.

– Счастлива больше, чем заслуживаю, – призналась она.

– Я заметил обручальное колечко, как только вы сняли перчатки, – сказал проницательный старик. – И по румянцу на щеках и взволнованному дыханию, когда вы упоминаете его имя, смею предположить, что отношения между вами и правда изменились? Переросло ли ваше товарищество во что-то более… интимное?

– Мы не близки, как настоящие муж и жена, – смущенно ответила она, ерзая на стуле и краснея еще сильнее; она не была готова признаться даже себе, как часто ее одолевали плотские мысли о Маркусе, как они проникали в ее сны и поглощали ее даже днем. – Между нами есть нежность, да. Но возможно, это больше похоже на привязанность, как между братом и сестрой.

Их поцелуи, взгляды, учащенное биение сердца – все это касалось лишь их двоих, однако мистера Финдли обрадовало уже то, о чем она решилась ему поведать. Он даже открыл жестяную коробку с печеньем у камина и предложил ей угощение.

– Искренне надеюсь, что со временем это изменится. Если она и правда умерла от его руки, то, вероятно, сама же его и спровоцировала. Я не говорю, что он плохой человек, но допускаю, что мог совершить дурной поступок. Он заслуживает любви. И, думаю, никогда не знал любви с ней.

Луна поспешила сменить тему с обсуждения ее чувств к Маркусу на более тревожную – угрозу, которую представлял собой слуга.

– Может ли мистер Веббер быть замешан в смерти матушки Селвуд? Мы можем полагаться только на его слова о том, что ее прокляла Ведьма из Рейвенсвуда.

Мистер Финдли сел напротив нее.

– Он, безусловно, был рядом в ту ночь. Прятался в лесу, занимаясь бог знает чем. Он отнес ее обратно в Рейвенсвуд, а его жена обратилась ко мне. Все выглядело как тяжелый апоплексический удар. Но давайте не забывать: матушка Селвуд – вовсе не невинная старушка, она сама воображала себя ведьмой. Все уже подзабыли, как она проклинала людей направо и налево и сильно злилась, что молодая, более… яркая женщина оттягивает на себя все внимание. Насколько я знаю, между ней и Луной произошел спор у колодца, и Луна действительно прокляла ее. Та тоже проклинала всех подряд – даже меня иногда.

Это объясняло, откуда Бран подхватил эту фразу. Но был ли он достаточно умен, чтобы связать ее с человеческой яростью? Он точно разгневался на юного Келлинга за кражу ложки.

– Но ведь такой приступ мог быть вызван и просто сильным волнением, – заметила Луна, надеясь найти более рациональное объяснение.

– В конце концов, все это были слухи и догадки, – пожал плечами мистер Финдли. – Констебль не доверял Вебберу: тот имел судимость. Луна принимала опиаты и ничего не помнила, хоть и хвасталась, что проклинала старуху. Она хотела, чтобы люди поверили в ее силу, а смерть женщины только укрепила репутацию ведьмы. С тех пор Грейборнов начали сторониться еще больше, хотя и до этого не рвались с ними дружить.

Луна нахмурилась. Значит, мистер Веббер был единственным свидетелем, а Луна – настолько одурманена, что не помнила ничего? Неужели миссис Веббер на самом деле носила амулеты, чтобы защититься от Луны, и все это – не суеверие? И разве сам мистер Финдли не говорил ей, что мужчины тоже могут колдовать?

Осознав, как быстро летит время, Луна допила чай. Пора вернуться в Рейвенсвуд.