Книга Ведьма Вороньего леса, страница 64 – Дженни Кир

– Я не такой человек. Я поклялся перед Богом: любить, почитать и оберегать, в болезни и в здравии… Луна… то есть ты нуждалась в защите – от деревенских и от самой себя. И это была моя обязанность. Я нанимал женщин в помощь, но ни одна из них долго не продержалась, так что все приходилось делать самому.

Она кивнула, чувствуя себя неуютно из-за того, что теперь должна отвечать за последствия поступков Луны, как будто стала ее преемницей. А когда они приблизились к деревне, она ощутила всю тяжесть их обмана. Ведь если она – Луна Грейборн, значит она и ведьма, и безумная женщина, и, как утверждал мистер Финдли, прелюбодейка. Хотя это последнее оставалось неподтвержденным, и она невольно задумалась: с кем Луна могла изменять мужу? Судя по словам миссис Веббер, Луна редко покидала дом, была заперта в его пределах и едва ли принимала гостей.

Может, не только заклинания и травы звали ее к колодцу и под сень ночного леса.

Маркус и Луна некоторое время шли молча, прежде чем выйти на более широкую дорогу, изрезанную глубокими колеями от повозок. Они последовали по ней к оживленной деревне. Длинный ряд террасных коттеджей перетекал в открытую площадь, окруженную бойко торгующими лавками, многие из которых имели арочные окна и веселые, вручную расписанные вывески. Повсюду стояли большие деревянные полубочки, переполненные фиолетовыми анютиными глазками и розовыми петуниями. Старинный каменный крест у перекрестка трех дорог обозначал самый центр Литл-Даутона.

Маркус торопливо начал знакомить ее с людьми и местами, которые им предстояло посетить, но при таком количестве имен и подробностей Луна чувствовала, что неизбежно допустит ошибку. Поскольку их первым пунктом назначения был магазин тканей и галантереи миссис Коул, Маркус объяснил, что семья жила в деревне уже много десятилетий.

– Умные, добрые, честные люди, – сказал он, – не поддаются глупым суевериям и пользуются уважением за помощь соседям. У них живет маленькая девочка по имени Пенни, диковатая такая, – добавил он. – Они взяли ее под свою опеку. Она бегала по округе, пока года два назад внезапно не замолчала. Ее болезнь, как и многое другое, в свое время приписали Ведьме из Рейвенсвуда – как, впрочем, и все несчастья и стихийные бедствия, которые показались местным сверхъестественными. Все это, конечно, вздор, но я хотел предупредить, что обвинения могут прозвучать. Однако если кто в Литл-Даутоне и встанет на нашу сторону, так это миссис Коул.

Луна кивнула и стала напряженно оглядываться на суетящихся вокруг людей. Несколько женщин бросили на нее недружелюбные взгляды, когда они с Маркусом подошли к лавке, и она крепче сжала его руку.

– Мистер Грейборн, – кивнула довольно невзрачная женщина, когда они вошли в магазин; ее лицо, впрочем, было испещрено тонкими морщинами от частых улыбок и излучало доброту. – А это у нас кто?

– Что ж, миссис Коул, это моя жена. Признаю, она сильно изменилась с тех пор, как вы видели ее в последний раз, в основном потому, что теперь ей не столь нездоровится.

Женщина прищурилась.

– И впрямь, сильно изменилась, – подтвердила она, переводя с Маркуса на Луну озадаченный взор. – Но как приятно видеть вас среди людей, миссис Грейборн. Хотя, если честно, за все время с вашей свадьбы я встречала вас не больше шести раз.