Книга Ведьма Вороньего леса, страница 97 – Дженни Кир

Внезапно в нее врезался чей-то малыш. Маркус, глядя вслед убегающему ребенку, пояснил: это, кажется, сынок вдовы, что живет за лесом. Той самой, с кем Веббер сегодня особенно словоохотлив. Вдова, по-видимому, и без мужа умудрялась производить потомство каждые пару лет. Луна вдруг заметила, как Маркус напрягся, стиснул зубы. К ним приближался высокий мужчина с рыжими, в беспорядке торчащими волосами и заостренными чертами лица.

– Это доктор Гарденер, – подсказал ей муж. – Ты должна помнить его с тех пор, как мы только поженились.

– Мистер Грейборн, – поздоровался доктор, протягивая руку. – Рад видеть вас в столь добром здравии, мой дорогой. При последнем нашем разговоре я искренне волновался за вас. Но вы, похоже, справились!

Двое джентльменов пожали друг другу руки.

– А это у нас?.. – повернулся доктор к Луне.

– Доктор, вы не помните мою жену? Я понимаю, что с вашей последней встречи прошло несколько лет, но она не могла измениться так сильно. – Маркус, явно обеспокоенный, почти нарывался на возражения.

Мужчины обменялись взглядами, прежде чем доктор полностью сосредоточил свое внимание на ней. Пауза – и он ответил:

– Ах, разумеется, вы явно предпочитаете методы лечения мистера Финдли. Это его мы должны благодарить за ваше замечательное преображение? Словно вижу перед собой совсем другую женщину. – Он не обманывался ни на мгновение, и Луна не могла заставить себя ответить; тогда доктор повернулся к ее мужу. – Этот мистер Финдли продолжает удивлять меня своей смесью ботаники и белой магии, если можно так выразиться. Веселый малый, несмотря ни на что, он успешно изгнал опухоль у молочного фермера. Но я, как вы знаете, человек науки, мистер Грейборн, а повторение ритуальных слов – это не метод, который я могу признать действенным.

– И здесь мы с вами совершенно согласны, – ответил Маркус.

– Разве молитва Богу так уж сильно отличается? – осмелилась высказать Луна.

Она знала, что мистер Финдли использовал магию, чтобы вылечить ее лодыжку, и не хотела, чтобы этого человека несправедливо оклеветали. Несмотря на предубеждения Маркуса, она все еще верила, что однажды Финдли окажется ему полезен. В преддверии темной бури они как никогда нуждались в свете. Луна уже сжилась с той мыслью, что настоящая Луна Грейборн преследовала ее; она сопоставила и лицо в окне, и слова на слое пыли, и звуки на чердаке, и даже женщину, что выбежала из дома. Раньше она думала, что та женщина была обычным человеком, но все, что она видела, – это зеленый плащ, мелькнувший на окраине леса. Если женщина желала ей зла, – а пророчество из шкафа так и стояло перед глазами, – то мистер Финдли мог быть единственной защитой от нее.

– Мой муж утверждает, что магия существует лишь для тех, кто в нее верит. Следовательно, если человеку сказать, что его болезнь отступит, и он в это поверит, разве не может случиться так, что ему действительно станет лучше? Разве не на этом основана наша вера? Мы обращаемся к Богу, неосязаемому, но обладающему силой менять нашу жизнь. Мы молимся, и нас утешает мысль, что нас слышит тот, кого мы не понимаем. Разве это не магия в ее самом чистом проявлении? Мне кажется, ее нельзя сбрасывать со счетов.

На шее Маркуса отчетливо билась жилка. Он явно разволновался еще сильнее.