Книга Тайна куриного бога, страница 10 – Юрий Шиляев

— Я не дам тебе погибнуть, — тихо говорит он и, дёрнув, вытягивает меня наверх. Рывок — я в его объятьях, слышу, как колотится сердце под кожаной рубахой. Прижимаюсь щекой, чувствуя холод медальона на его груди. Отстранившись, вижу камешек с отверстием в центре. Куриный бог, такой же, как у меня. Он прикасается к лицу, осторожно проводит пальцами по щеке.

— Я нашёл тебя, Шарла, и пусть все боги мира будут против, но я буду с тобой. Всегда. — Сказал он тихо. Так тихо, что услышала эти слова скорее сердцем, чем ушами. — Никто, слышишь, никто не сможет причинить тебе боль. Я не дам навредить тебе и нашему ребёнку…

Хотела спросить, какому ребёнку, но в сон ворвались крики, кто-то тряс меня, больно схватив за плечи. Сквозь ресницы пробивался свет, но мне не хотелось просыпаться, я не могла оторваться от взгляда серых глаз, жаждала утонуть в них, как в клубах тумана, и всё равно, что там, под этим туманом бушует горная река, перекатываясь по острым камням и опасным порогам.

Надо мной склонилась жена Алексеева, Татьяна Ивановна. Ещё не придя в себя, машинально отметила, что супруга профессора неестественно бледна. Она легонько шлёпала меня по щекам и быстро-быстро говорила:

— Очнись, да очнись же ты наконец! — Я открыла глаза и она, отстранившись, спросила: — Ты видела, как они упали?

А я ещё была там, во сне, я ещё смотрела в серые глаза странного незнакомца.

— Кто упал? — Язык ворочался с трудом, во рту пересохло.

Татьяна Ивановна кивнула в сторону реки, и побежала к участникам экспедиции, столпившимся тесной группой между грузовиком и уазиком, в котором ехали руководители. Я не сразу поняла, что среди собравшихся нет Вадима и Зои, встала, собираясь последовать за женой профессора, но, случайно бросив взгляд в сторону реки, замерла: внизу на камнях, лежал Вадим, узнала его только по одежде. Голова раздавлена камнем, кровь повсюду. Зоя упала чуть ниже, ноги неестественно вывернуты, глаза открыты, вокруг головы расплывалось, лаково отсвечивая на солнце, ярко-красное пятно. Стоя в кузове, я видела каждую деталь,будто на киноэкране прокручивалось в голове их падение. Вот заносит машину на повороте, вот восторженная Зоя вскакивает, увидев очередную белку, вот она качнулась в сторону берега, а вот Вадим встал, чтобы усадить её на место, но потерял равновесие. Дальше они катятся по обрывистому берегу, всё ещё обнимаясь…

— Я не знаю, как получилось, — повторял и повторял водитель грузовика. — Тряхнуло на кочке, занесло, едва вырулил, даже не видел этих… Я не знаю, как получилось… Я же их предупреждал, я же говорил, что дорога опасная, говорил, чтобы держались…

Потом мне рассказали, что я чудом осталась жива. Когда машина остановилась, я висела, одной рукой вцепившись в доску борта кузова, что меня втащили назад, в кузов, и не сразу смогли разжать пальцы. Потом ещё минут десять приводили в чувство. Я ничего этого не помнила, но вот лицо мужчины, там, во сне, поймавшего меня за секунду до гибели, буквально над пропастью, врезалось в память навсегда. Интересное имя — Шарла, а как зовут его?

Плохо помню, как отвечала на вопросы следователей. Опросили всех участников экспедиции, но я была всё-таки ближе всех в момент падения. Рассказывать особо было нечего, тем более, что жена профессора Алексеева сняла с меня все подозрения, рассказав, что я чудом осталась, вцепившись в борт машины и была без сознания. Она подробно расписала в показаниях, как приводила меня в чувство.