Книга Тайна куриного бога, страница 50 – Юрий Шиляев

— Абсолютно просто. А человек, которого вы видите, скорее всего действительно существовал, и вы, возможно, видели его портрет, фотографию. Образ может быть любой, но наше подсознание может восстанавливать события и встраивать их в реальность в любом порядке. Так что не удивительно, что фотография, которую вы впервые увидели три года назад, вашей памяти кажется знакомой давно. Вы пережили серьёзное душевное потрясение, и ваш мозг делает всё, чтобы вытеснить травмирующие воспоминания, даже таким способом,замещая реальные воспоминания ложными.

Удивительно, но после этого разговора у меня прекратились головные боли, и я долго не вспоминала о них.

Пока не появилась Лилит.

На самом деле её звали Лилей. Лилия Онопко попала в одну группу с Никитой после рабфака. Рабочий факультет заканчивали многие, это была гарантия поступления. Ребята, пришедшие с армии, или отработавшие два года на предприятии, получали направление на подготовительное отделение и в течении шести месяцев углубленно проходили программу средней школы. Если успешно сдавали экзамены, тут же зачислялись на первый курс.

Заведовала всем этим «хозяйством» Людмила Зиновьевна Каратаева, строгая, сухая дама. Она была, что называется, человеком на своём месте. На рабфаке учились люди самые разные: парни, прошедшие Афганистан, девочки из неблагополучных семей, после восьмого класса вынужденные пойти работать. Многие закончили вечернюю школу. Были и вполне нормальные, достойные люди, но к ним не относилась Лилия Онопко. Девочка была умна, но запущена. Естественно, все поступившие на рабфак, рвались на престижные специальности: в юристы, в экономисты, в химики или, на худой конец, в историки. Постоянный недобор был на физику и математику — учиться тяжело, специальность не самая престижная, и уж точно не самая денежная. Таких студентов, как Никита, на матфаке было немного, кроме него ещё два человека — девочка из сорок второй школы, и мальчик с Солнечной поляны — они пойдут в науку, остальных ждала работа учителями математики в школе.

Лилия Онопко попала на математический факультет благодаря жёсткому недобору в тот год и доброте Людмилы Зиновьевны.

— Химия точно не для тебя, там конкурс по три человека на место. Ты экзамены слабенько сдаёшь, — сказала она рабфаковке, — сочинение с ошибками написала, мы еле-еле тройку натянули. Иди на математику, по крайней мере с гарантией.

Математика у Лили шла на пять с большим плюсом. Казалось бы, проблем у студентки с учёбой быть не должно, но они были. Девочка своенравная, не управляемая, она могла встать посреди пары и покинуть аудиторию, проигнорировав вопросы преподавателя. Разговаривала грубо, пересыпая речь жаргонными оборотами. Могла открытым текстом послать в известном направлении, совершенно не стесняясь нецензурной брани.

Первый раз я увидела девушку у нас дома. Вошла и закашлялась — в квартире было накурено. Бросила в прихожей сумку и метнулась на кухню. Никита был там, рядом сидела девица с сигаретой в руках, на столе лежали тетради.Я услышала обрывок разговора:

— …в эту группу вводим дискриминант, потом проводим преобразование, и вот что из этого получается, смотри… — Никита что-то быстро написал.

— Не уверена, кажется, это будет не корректно, — ответила девица с сигаретой, — лучше сделаем таким вот образом, — она быстро что-то начеркала в тетради, — надо провести преобразование вот так… и смотри, какая лялька у нас получилась!