Книга Собор темных тайн, страница 108 – Клио Кертику

Лиам зажег свет и прижался к стене, давая мне пройти внутрь. Вслед за мной он заставил войти и пса. Он был светло-коричневого окраса и приличных размеров. Возможно, он был даже домашний, но я не был уверен, потому что встретил его площадкой ниже на коврике соседей.

Я продолжал снимать верхнюю одежду, когда Лиам с псом исчезли за дверью ванной комнаты.

Раздался шум воды, а затем послышался голос Лиама:

– Ты можешь проходить в комнату.

Я растерянно похлопал по карманам, а затем, схватив подарочный пакет и спрятав его за спиной, заглянул в ванную.

Лиам мочил в проточной воде кусок тряпки и протирал им псу лапы. Стоило тому поставить лапу на пол, на светлом кафеле появлялись грязные следы. Лиам терпеливо продолжал трудиться.

– Он твой? – поинтересовался я.

Лиам отвлекся и поглядел на меня.

– Ну, если я ему понравлюсь…

Пес поднял голову и посмотрел на Лиама.

– Я ему уже завидую, – сказал я не подумав.

– Что?

– Кто бы не хотел на его место? Кто бы не хотел стать твоим другом?

Лиам нахмурился. Пока он отвлекся, уставившись на меня, пес поднял лапу и ткнул ей в его белую майку, оставив грязный отпечаток.

Я решил не испытывать судьбу, поэтому нырнул в темный коридор. Всюду было темно – значит, я действительно его разбудил. В ожидании Лиама я прошел в зал и зажег там свет.

Вскоре вернулся Лиам. Он прошел на кухню и принялся копошиться в шкафу с посудой.

– Прости, что разбудил, – сказал я, усаживаясь на то же место за стойкой, где сидел в прошлое свое посещение. С того момента ничего в его квартире не изменилось, пыли нигде не прибавилось, ровно как и ни одна чашка или деталь интерьера не сдвинулась со своего места.

– Я вам рад, – только и сказал Лиам.

Он наконец-то нашел то, что искал. В его руке была обычная тарелка.

Лиам поставил ее на пол возле окна, а затем, выпрямившись во весь рост, поглядел на пса. Лапы его не оставляли грязных следов, но на шерсти кое-где виднелись прилипшие скатавшиеся кусочки грязи от растаявшего снега.

Я только мог предполагать, как это раздражает Лиама. На лице у того ничего не отражалось.

– Что они едят?

Озадаченность сквозила в его тоне.

– Вроде мясо и сосиски.

Я сам разбирался с трудом, у меня никогда собаки не было.

Лиам скрылся за дверцей холодильника.

– А стейк ей можно? – раздался его растерянный голос.

– Думаю, это будет лучшее, что она попробует.

Через секунду на плите оказалась сковорода, а Лиам зашуршал замороженным пакетом.

Пес сидел, поглядывая то на пустую тарелку, то на высокого Лиама, переминаясь с лапы на лапу.

Лиам, в отличие от меня, умел готовить.

Пока готовились стейки, мы особо не говорили.

Когда несчастному бродяжке подали ужин, пес уставился в тарелку, как будто все это было сном. Лиам помыл руки и только потом присел ко мне за стойку.

– Я бы спал до утра, если бы вы не пришли, – сказал он, поглядывая на то, с каким аппетитом ел пес.

– Я бы тоже так сделал.

– Праздники давно перестали быть праздниками, – сказал Лиам голосом человека, потерявшего нечто важное.

Я засмотрелся на выражение его лица, на то, как он сложил руки, и совсем забыл о подарке.

– Мне показалось, что в этом году праздник должен быть праздником, – и, нагнувшись за стоявшим на полу подарочным пакетом, я поднял его к себе на колени. – В общем, это тебе, – и я вручил Лиаму подарок.