Книга Собор темных тайн, страница 110 – Клио Кертику

– Почему она так смотрит? – поинтересовался Лиам, который тоже, видимо, это почувствовал.

– Он доволен. Вообще, это мальчик, судя по всему.

Лиам понимающе кивнул.

– Я не против, чтобы он здесь жил, но нужно поспрашивать у соседей, вдруг он чей-то.

Я так обрадовался этой новости, как будто сейчас решали мою собственную судьбу.

Пес, заметив, что мы не обращаем на него внимания, устало положил голову на пол и прикрыл глаза.

– Его нужно назвать Дионисом, – нашелся я.

Лиам по-доброму улыбнулся.

– Говорящее имя.

– У него теперь такая судьба, – сказал я и поглядел на спящего пса.

– Эдит обрадуется.

Значит, они помирились по-настоящему.

– Они вернутся только к началу семестра?

– Да, – просто ответил Лиам.

Он встал из-за стола, будто про что-то вспомнив, и заглянул в шкаф.

– Сегодня праздник, мы могли бы что-то приготовить и выпить, если хочешь.

– Не знаю, – ответил я растерянно. – Мы можем не пить, Фергюса с нами нет.

Лиам рассмеялся и достал сладости, по всей видимости те, что остались от Эдит.

– Искуситель уехал, а значит, я могу приступить к своей работе, но только я который день не могу собраться.

Он расставил сладости передо мной и заварил чай.

– Не знаю, почему так всегда получается – как только время появляется, мне будто бы некуда его деть.

Я не особо его понимал, потому что как только у меня появлялось больше времени, я начинал читать взахлеб.

– У меня все наоборот. Мне кажется, я бы так и сидел дома вечность.

– Правда? – заинтересовался Лиам.

– Ну, я стал только больше читать, и ничто меня теперь не отвлекает.

– Это хорошо, но спустя пару месяцев и ты устанешь. Человеку всегда нужно топливо.

– Работа с профессором может послужить таким топливом.

– Надеюсь, – холодно ответил Лиам.

Временами к нему возвращалась эта его холодность, наверное, когда мы задевали важные для него темы.

– Что мы должны будем делать? – спросил я, потому что меня и правда это волновало.

– Волнуешься? – спросил Лиам.

– Не особо, просто не хотелось бы подвести.

Лиам внимательно вгляделся в мое лицо.

– Я думаю, просто будем искать информацию и делать заметки.

Это несколько меня успокоило, потому что такую работу я любил.

– Жан Боррель не был раньше таким. В том смысле, что он, конечно, интересный человек и зачастую быстро меняет свое мнение. Он всегда поначалу не одобряет какие-либо мои идеи, а затем проявляет интерес. Я был уверен, что он передумает, когда увидит конечный результат, но уже не знаю.

Я не понимал, почему Лиама так волнует мнение Жана Борреля. Конечно, он был нашим преподавателем и ведущим экспертом в этой области, но если его так вдохновляла эта тема, разве важно, что говорят другие?

Теперь, когда он облек это в слова, я понял, насколько значимо для него то, чем он занимался. Мне нужно было как-то его поддержать, но все слова, крутившиеся на языке, будто бы ничего не значили.

– Думаю, Жан Боррель понимает и одобряет не все на свете, – постарался я хоть как-то уместить в слова то, что думаю. – Он также недооценивает Фергюса.

– Фергюс говорит много всяких глупостей, но он один из самых умных людей, которых я встречал.

Такие простые, но такие важные слова. Несмотря на все очевидные недостатки Фергюса, Лиам разглядел в нем его ум.

– Я редко его понимаю, – признался я.