Книга Собор темных тайн, страница 148 – Клио Кертику

Я оторвался от подоконника и поспешил за ними в кабинет.

– Добрый день, молодые трудящиеся. Разве не прекрасное сегодня утро? Ветер не намеревается снести меня с ног, лишь слегка колдует и обдувает лицо, а снег пошел как раз тогда, когда я был у порога университета. Это ли не прекрасно? Увидев вас, я обрадовался еще сильнее. Иногда я забываю, какие умные молодые люди окружают меня. Вы оба – пример для всех, исключительные студенты.

Лиам снимал свое пальто и странно косился на профессора.

Он сегодня и правда был в особенном настроении.

– Обучать вас – поистине чудесно. Я очень извиняюсь, иногда мной овладевают чувства, схожие с теми, что испытывали древние философы, наставляя своих юных последователей. Разве не прекрасно передавать знания?

Я поглядел на Лиама, устроившегося за первой партой, и подсел к нему. Мы расположились прямо напротив Жана Борреля.

Он стоял во главе кабинета у своего стола и был правда похож на оратора.

– На самом деле, вы меня понимаете. Вы сами каждый день делитесь знаниями, – он вздохнул и задумчиво поглядел в окно. – Мы все в той или иной мере учителя.

Лиам перевел хмурый взгляд с чертежей на Жана Борреля.

Я подумал о том, что через несколько дней начнется учеба и он сможет насладиться своими прямыми обязанностями в еще большей степени.

– О чем мы? – резко вспомнил он, выходя из-за стола. – Точно, работа! Какие же у вас получились значения?

Он перевел тему разговора так резко, что ни я, ни Лиам сразу не ответили, а только продолжали задумчиво глядеть на его веселое выражение лица.

Я назвал толщину энтазиса, ориентируясь на значения из своих чертежей. Помню, что у нас с Лиамом совпал результат.

Жан Боррель нахмурился и стал рыться в своей папке.

– Что-то здесь явно не так, потому что у меня другой ответ.

Я поглядел на реакцию Лиама, а тот, нахмурившись, взглянул на Жана Борреля.

– Вы точно использовали все данные? – уточнил он.

– Да, – холодно ответил Лиам.

Лиам относился ко всей этой ситуации равнодушно. Он подошел к столу Жана Борреля, и они принялись проверять чертежи.

Лиам склонился над столом, облокотившись на него обеими руками. Жан Боррель, сильно уступавший ему в росте, стоял рядом.

Спустя некоторое время я опомнился и, соскочив со скамьи, направился к ним.

Меня не особо волновал чертеж, просто было интересно узнать, кто из них прав.

Я встал рядом с Лиамом, как прилежный ученик, и тоже стал смотреть на чертежи. Я мало понимал, что там можно сейчас разобрать. В руках Жана Борреля прыгал измеритель. Стол теперь казался загроможденным. С прошлого раза тут добавилось несколько линеек и карандашей, что стояли уже не в стаканчике с перьями, а просто валялись что где. Количество бумаг будто увеличилось. На правом краю стола все еще лежала одинокая книга.

Я вспомнил о ней, и мое любопытство пересилило. Я обошел стол, поглядел на сосредоточенных Жана Борреля и Лиама. Пока они занимались своим, я отошел еще левее и перевел взгляд на томик.

Книга была вторым томом «Божественной комедии». К тому времени я еще не прочитал ее.

Я вернулся назад.

– Вот здесь ситуация, – профессор указал на погрешность в формуле Лиама.

То есть они все это время проверяли его работу? Дали бы мне право решать – я бы скорее усомнился в верности чертежа Жана Борреля.