Книга Белый слон, страница 39 – Тэви Тернер

Убийца разомкнул губы. С чавканьем из уголка рта Дуарте в лужицу на столешнице упал сгусток слюны. Только после этого он начал говорить.

– Красивый шрам, – заметил он.

Его голос оказался настолько мягким, что вводил в ступор. Такой голос можно было ожидать услышать от молодого солиста какого-нибудь бойз-бэнда, но никак не от состарившегося, одного из самых кровожадных маньяков в истории. Глаза старика медленно проследовали вдоль шрама Эванс, от самой брови до краешка губ. Он точно не рассматривал, а прорезал его. Помощнику детектива даже показалось, что шрам отозвался жжением.

– Откуда он у тебя? – поинтересовался серийный убийца.

Поглядев на Маркуса, она не стала отвечать. Ей по-прежнему было неуютно от прошивающего насквозь взгляда потрошителя, но внешне она старалась не показывать этого.

– А, завёл себе нового птенца? Где же тот смуглый горлопан? – спросил Дуарте у Маркуса. – Неужто так много трещал, что случайно позвал по имени собственную могилу, которую годами дразнил аппетитными для неё словами?

Уже по одному этому вопросу лейтенанту стало ясно, что мысли в голове у Гектора строились по каким-то нетипичным для других людей законам. Подобный образ лично она не смогла бы придумать даже намеренно, а услышав, не совсем поняла.

– Хьюго жив и полон энергии, – ответил Кёнинг, присаживаясь напротив и раскрывая шахматы. – Передавал тебе привет.

– Прискорбно слышать, – сказал убийца. – Но зато твоя новенькая мне кажется интереснее.

Кёнинг извлёк из нагрудного кармана пиджака носовой платок, утёр Гектору слюну. Тот сощурился и одними глазами проследил за отошедшей чуть в сторону Эванс.

– Два или три? – спросил он у неё.

– О чём он, Маркус?

Николь пока не хотела напрямую общаться с Дуарте. Для начала ей требовалось понаблюдать за ним, однако он продолжал навязывать ей своё внимание.

– Пули, – сам ответил Гектор. – Ты поймала две или три?

– Одну, – спокойно сказала Николь, хотя не поняла, каким образом он узнал о её ранении.

– Большой калибр, – констатировал Дуарте.

Кёнинг, похоже, вообще не слушал их. Он с видом увлечённого ребёнка отстранённо расставлял на столешнице фигуры в две группы по цветам.

– В чём фокус? – поинтересовалась Эванс. – Или пальцем в небо ткнул?

– Пальцы у меня не работают, а фокусы мне показывать нечем, – заявил Гектор. – По взгляду человека сразу видно, насколько сильную боль он пережил, уж поверь мне.

– Невозможно понять это по глазам…

– Почему же? – возразил Дуарте. – Взгляни в усталое лицо наставника. Как смертью поцелованный. Сразу видно – Маркус однажды клинически погиб. Он не рассказывал?

Кёнинг, до этого молча по памяти расставлявший фигуры на доске для продолжения незавершённой игры, вдруг остановился. Он с осуждением взглянул на разговорившуюся помощницу.

– Ого, да вам контакт ещё налаживать и налаживать. Что же, ты ей и про убийство не рассказал? – удивился Дуарте. – Маркус ведь у нас не такой светлый, каким его считают. Мы начали примерно в одном возрасте…

– Довольно шуток, – оборвал его Кёнинг. – Вернёмся к партии.

По выражению Маркуса было невозможно понять, правду ли говорил Гектор или нет. Николь прошла в глубь комнаты и задержалась возле кровати с подъёмником. Кнопки на пульте управления положением подушки были вытерты. Похоже, маньяк часто просил приподнять или опустить его. С изголовья на кронштейне свисал проводной однокнопочный пульт. Судя по следам, чтобы вызвать санитарку, убийце приходилось кусать его.