Книга До самой смерти, страница 173 – Миранда Лин

– Тут и думать нечего. Связаться с Дрекселем страшнее при любых обстоятельствах. Не может быть, чтобы Икарий оказался на своем месте без участия твоего хозяина. Просто я не никак могу разгадать загадку. Ты… Ты когда-нибудь пытался… – Я провела пальцем поперек горла, решив на всякий случай ограничиться жестом. – Я знаю, что он твой дядя, но…

Орин наклонился ближе и прошептал мне на ухо:

– Да. Дважды. Но он так и не узнал в нападавшем меня. А еще он так и не умер.

– Может, он все же говорил правду о своей сделке со Смертью.

Я уже собиралась вернуться к спрятавшимся членам Синдиката, но Орин остановил меня.

– Через несколько часов театр наполнят зрители. Вероятно, их будет больше, чем прежде. Если у Дрекселя в самом деле соглашение со Смертью, пообещай мне, что будешь осторожна. Не показывайся до начала шоу, даже если нас позовут. Больше не заключай сделок, ладно? Выступи и уходи.

Я кивнула, и он прильнул к моим губам.

– Этот брак только начинается, жена. Я не допущу, чтобы он закончился раньше, чем я обрету шанс быть с тобой.

Сто семьдесят шесть, Лизандер Клод.

Сто семьдесят семь, Элара Воссен.

Имена.

Люди.

Лица.

Души.

Мои жертвы проносились в сознании, словно жемчужины с оборванного ожерелья, катящиеся по мраморному полу отцовского тронного зала. Вот уже несколько часов я ждала выступления, прижавшись спиной к стене туннеля Теи, одинокая и настороженная, а секунды беспечно сливались в минуты. Как только Орин уговорил свою мать и еще троих не связанных с Маэстро членов Синдиката вернуться домой, я осталась наедине со своими мыслями.

Зал за стеной гудел от возбуждения, артисты шептались о толпах зрителей и об обещанном незабываемом шоу. Мое имя еще никогда не произносило так много людей. План Дрекселя успешно осуществлялся.

Сто семьдесят восемь, Маттейс Рейдмейкер.

Сто семьдесят девять, Серафина Клаас.

Мои друзья ушли несколько часов назад, один за другим присоединившись к веренице артистов, чтобы без промедления подготовиться к тому, что принесет сегодняшнее шоу. И все это время я то рисовала в воображении, как они надевают лучшие наряды, не давая Холлису продыху, то представляла, как в свете единственного софита Орин сидит за блестящей виолончелью и изливает всю тревогу, правду и ложь в мастерски сотворенную мелодию.

Даже сейчас, прячась от чужих глаз, я все еще ощущала его поцелуй. Я чувствовала, как нервозность, которую Маэстро с легкостью породил во мне, достигает пика и напоминает, что ожидаемый страх гораздо сильнее неожиданного. Таков его продуманный план.

– Деянира? – потревожил тишину шепот Теи. Она приоткрыла дверь и выглянула из-за угла, но потупила взгляд, едва увидев меня. – Путь свободен, но поторопись. Шоу вот-вот начнется.

Я отпрянула от стены в удивлении.

– Правда? Уже поздно?

– Орин хотел подождать, чтобы тебя не заперли в другом месте. Женевьева получила распоряжения к твоему выступлению, а Холлис готов одевать тебя за кулисами.

Мы вышли из укрытия, и я бросилась сквозь толпу артистов, большинство из которых облачились только в кружево и перья, скрывавшие совсем немного. Они бросали на меня робкие взгляды, пока мы неслись мимо. Все затаили дыхание, будто я могла схватить любого и убить без раздумий.

Я придала лицу каменное выражение и поддалась холодному спокойствию. Прежде я думала, что тени защищаютменя от страха окружающих передо мной, но в действительности они просто не давали мне его видеть. Однако сегодня будет не скрыться, ведь я предстану перед всеми и буду готова исполнить любой танец или песню по приказу Маэстро. Он не мог потребовать от меня больше, чем от остальных артистов, и в этот миг, когда все взгляды устремились ко мне, я поблагодарила себя за то, что была предусмотрительна.