Книга До самой смерти, страница 56 – Миранда Лин

– Она моя, Этерий. Не нужно ее бояться.

И хотя я знала, что Смерть заблуждался – в воздухе витал не страх адских гончих, а мой собственный, – я промолчала и погладила животное. Смерть уделил внимание другому зверю, а затем снова повернулся ко мне и стал наблюдать, как я глажу его любимца. Я встретила его взгляд без стыда, но не могла сказать того же о страхе. Смерть прекрасно знал, как задеть меня за живое.

– Ты не такая, как все, моя красавица, – сказал он, вновь подозвав меня жестом. – Почему ты не жаждешь гибели своих врагов?

Вдох. Выдох.

– Однажды я сломлю тебя. – Его обещание повисло в воздухе, и, схватив мою руку, он выжег на ладони имя. Его красивое лицо озарилось восторгом, когда меня охватила боль. – У меня хорошее предчувствие, – елейно произнес он, а через секунду все исчезло и я открыла глаза.

Я вновь оказалась на полу тюремной комнаты Орина, хоть и укрытая одеялом. Магия Смерти пульсировала во мне, умоляя пробиться сквозь стены и выследить новую цель.

Если в этом покинутом богами мире и существовал человек, чье имя я и вправду могла бы назвать Смерти, то это был Орин Фабер. И сейчас, глядя на выжженные следы на коже (отчасти ожидала, что Смерть все равно отметит его), я не испытывала ни малейшего облегчения.

Арабелла Гренвич.

Хотелось поддаться магии и позволить ей направлять меня, но, стоило мне посмотреть на блестящую дверную ручку, страх подступил к горлу и сжал, словно в тисках. Придется противиться этому сумасшедшему порыву так долго, как только смогу. Потому что каждая секунда, проведенная в стенах этой комнаты, будет приближать меня к безумию. К безумию, с которым я уже сталкивалась. К безумию, которое однажды сломило меня и вынудило за одну ночь отнять жизни двадцати трех человек.

Я отказывалась смотреть на имя, отказывалась думать о нем или вспоминать об очертаниях обожженной кожи на ладони. Отказывалась думать об оружии, которого у меня не было, или размышлять, в каком городе могла жить жертва. Вместо этого я прошла в центр пустой комнаты, чувствуя, что боль в животе поутихла, села, подтянув колени к груди, и стала раскачиваться назад и вперед, стараясь не замечать, как смыкаются стены.

– Один, – прошептала я. – Аника Сария Харк.

Вдох.

– Два. Гаррит Фейден.

Еще один вдох.

– Три. Мэриан Аклен.

Лица и имена одно за другим проносились в голове. Начиная с моей матери и заканчивая отцом.

– Имя названо – тело предоставлено. Неизменно. Это не моя вина. Не мой выбор. Дыши.

Иди.

Магия имела собственный голос в моем разуме. Физический контроль над телом. Будто окутывала каждую мышцу. Каждое сухожилие. Каждую кость.

Сейчас же.

– Триста сорок шесть. Сибилла Риккет. – Имена сменялись все быстрее, в отчаянии срывались с моих губ, пока я раскачивалась из стороны в сторону, до крови впиваясь ногтями в кожу на ногах. – Триста сорок семь. Эзра Профит.

Вставай.

– Нет, – сказала я вслух, схватившись за голову. – Нет.

– Триста сор… сорок восемь. Эсб…

ДОТРОНЬСЯ ДО ДВЕРИ!

Я вскочила и подбежала к ней, чувствуя, что мне необходимо быть ближе к ручке. Необходимо видеть, как мигающая лампа на стене подсвечивает ее красивый изгиб.

Дотронься.

Эти слова пробуждала не магия, а яд моего собственного разума. Они – это я. Все это я. Каждый выбор. Каждаясмерть. Каждая капля крови. Я. Я. Я хотела этого. Жаждала. Мне нужна смерть. Удовлетворение. Клинок. Кровь. Кровь.