Книга До самой смерти, страница 60 – Миранда Лин

Безумно уставшая, я оставалась в этом переулке, казалось, несколько часов. Мир проносился мимо, словно в тумане, и почти никто не обращал внимания на тело Арабеллы Гренвич. Прохожие забрали ее газеты, кто-то пытался украсть туфли, пока не заметил меня. Быть может, Арабелла была одинока. Совсем как я.

Долгое время меня определяли эти моменты отчаяния. Я чувствовала, будто жизнь – игра, а я всего лишь пешка в руках Смерти. Народ Реквиема видел во мне врага, а в нем – бога, которого тоже тяготило мое существование. Я потеряла контроль над всем.

Взглянув в пустое лицо убитой мной женщины, я поняла: каким бы бедственным ни было мое положение, все могло быть гораздо хуже. Проклятие, я могла лишиться рассудка и устроить резню. И я не желала заглядывать в бездонную пропасть собственных эмоций.

Израсходовав магию, я тонула в пучине усталости. Однако, заставив себя сойти с места,подхватила тело Арабеллы и поплелась прочь. Я тащила жертву посреди забытой богами улицы, проклиная взгляды, перешептывания и крики ужаса прохожих. Они предпочли бы смотреть, как погибшая гниет, чем сделать то же, что и я. Но мы отличаемся. Что бы они обо мне ни думали.

К тому времени, как я добралась до моста, тело Арабеллы отяжелело. А когда показался Толливер-Пуэнт, стало почти неподъемным. Но это мое бремя.

– Фредрик? – позвала я, колотя в дверь одного из домов.

Когда мужчина, который скоро разменяет сотню лет, приоткрыл ее, я дала ему три секунды, чтобы оценить увиденное. Затем дверь захлопнулась у меня перед носом. Послышался звон цепочки, и Фредрик встал рядом со мной на рассыпающемся крыльце. Он надел шляпу, и его морщинистое лицо омрачила лишь легкая печаль.

– Положи ее в повозку, Дева. Как ее звали? Для надгробия.

– Арабелла Гренвич. У нее осталась мать, которая будет волноваться.

Он кивнул, натягивая перчатки. Мне было невыносимо утруждать старика рытьем могилы, но, бросив ему в руку две монеты, я поняла, что и ему нужен заработок.

– У нее в фартуке есть мешочек с деньгами. Проследи, чтобы ее мать их получила.

Фредрик вздохнул и тяжело спустился по ступеням.

– Да, Дева.

Я редко доставляла тела к смотрителю могил. Еще реже делала это при свете дня. Но зеваки все равно не последовали за мной.

С Толливер-Пуэнт открывался вид на башни и крепостную стену замка моего отца, купавшиеся в последних солнечных лучах. Я направилась по знакомой дороге, гадая, что увидела бы, если бы прошла через ворота. Сбежал ли Регулас, поджав хвост, или остался в замке, решив целовать зад аристократу, которого Икарий Ферн затолкал в покои моего отца?

Красные огни Алого квартала ожили, окрашивая все вокруг в любимый оттенок леди Виши, а я растворилась в тени. По знакомой лестнице я взобралась на пустующий склад, изнуренная путешествием и применением магии.

Я лежала на крыше и смотрела в беззвездное небо. Могла бы заночевать здесь, но становилось все холоднее. Я окажусь совсем беззащитной, а мне еще нужно выследить Деву Жизни. Это важная задача, но слишком сложная: сейчас я не добралась даже до надежного убежища. Однако было приглашение от Алтеи, и я уже решила его обдумать, как вдруг знакомый голос прорычал:

– Расскажи, что тебе известно.

Сердце подскочило к горлу. Я перевернулась и теперь разглядывала горизонт, пока не поняла, что Орин где-то в ближайшем переулке. Подкралась к краю крыши, будто кошка, и, затаив дыхание, глянула вниз. Орин прижимал к стене мужчину. Пускай на моем муже была маска, ее форма мне запомнилась, и, да помогут мне боги, очертания плеч и массивные ноги тоже показались знакомыми.