Книга Академия Малхэм Мур. Мой сводный враг, страница 2 – Мию Логинова, Алана Алдар

– Так ты поцелуешь? – шепчу ему в губы.

– Перехотелось, – звучит так же тихо ответ.

Мы продолжаем стоять, вжимаясь друг в друга, наши губы, ловящие капли дождя нежной кожей, почти невесомо, украдкой воруют дыхание, перебрасываясь им в пинг-понг.

– Ещё пара минут, и на нас не останется ни одной сухой нитки, и я заболею. Так что…

– А могла бы сказать: “Ну так вали тогда на хер или поцелуй”.

– Поцелуй или вали на…

Договорить не даёт. На меня обрушиваются его губы, и я проваливаюсь в сладкую пытку, словно в бездну. За закрытыми веками взрываются фейерверки удовольствия. Минутная слабость, что он проявил совсем недавно, сметается безудержным напором страсти. Мы кусаемся до солоноватого привкуса крови, цокаемся зубами, сминаем друг друга в объятиях, грубо и напористо. Чтобы не упасть, с силой вцепляюсь Эйдану в волосы, словно от этого зависит моя жизнь.

Я пью его, как изнывающий от жажды путник. Точно знаю,что только он может меня насытить, никто другой, как будто от него зависит моя жизнь.

Его ладони ложатся на мой зад, подтягивая ещё ближе, под моё невнятное бормотание и тихие стоны губы скользят по щеке, спускаются к ушку.

– Хочу тебя. Сильно.

– Я… – не успеваю ответить.

Дверь на террасе открывается, и стук каблуков по мощёной дорожке для нас словно ушат студёной воды. Мы отскакиваем друг от друга, расходясь на приличную, для сводных, дистанцию. Тяжело дышу, кусая губы. Это сравнимо с банджи-джампингом: как будто спрыгнула с отвесной скалы, срываясь вниз, почти достигла финальной точки, но реальность насильно выдернула обратно.

– Вот вы где! – Надин звучит облегчённо. – Что ж вы ушли без зонтов, дождь льёт всё сильнее. Смотрите, какие всколоченные и мокрые.

Поджимаю губы и свожу с силой ноги. В чём-то она действительно права, один из нас всколоченный и мокрый. В хлам.

Как хорошо, что она появилась. Из моей головы постепенно выветривается хмель страсти. Надин раскрывает над моей головой чёрный, как ночь, зонт, что-то стрекочет фоном, а я всё никак не могу осмелиться и взглянуть ему в глаза, ведь чувствую, как жжётся.

Твою мать, что между нами происходит?!

Экономка, распорядительница, как её вообще называть, эту даму, ведёт меня по широкому коридору дома Мортимеров. Необъятная лестница, полукругом примостившаяся у стены, ещё больше привлекает внимание к гигантской люстре, что свисает с потолка и переливом хрустальных кристаллов бликует разноцветными зайчиками по стенам: синий, зелёный, красный. Всё как в жизни. Кристаллический мир в деталях.

От всего этого богатства кружится голова, и пересыхает горло. Пушистый ковёр на полу заглушает наши шаги, я плетусь за ней, боясь лишний раз выдохнуть и оставить на начищенных до блеска поверхностях след.

– Мисс Гревье, – обращается она, а я морщусь от холодного, официального обращения, – ужин с Эйданом и мистером Мортимером через час. Возможно, вам следует сменить туалет.

Кошусь на свои джинсы, кеды с разноцветными сердечками и футболку оверсайз, на которой широким росчерком написано “Самые сладкие булки”.

– Люка, – поправляю я. Я не знаю, как по протоколу общаться с прислугой. До знакомства мамы с Мэддоком Мортимером мир высшего общества был для меня слишком далёк. – Раз сына мистера Мортимера вы зовёте по имени.