Книга Ведьмин ключик от медвежьей клетки, страница 44 – Ксан Крылатая

— На болотах как раз лесничий был, по мох ездил для строительства дома. Вот Мявочка и сообразила попросить помощи у лешего. Он им тропку завернул прямо к нам.

— Кому — им?

— Так лесничему с сыном. Рагданом. Вот. А они уже… — начала пояснять я, при этом думая, как бы лишнего не сболтнуть. Но тем самым только больше теряясь в словах.

Остановилась. Выдохнула. И уже более спокойно продолжила. А когда заканчивала рассказ, то сделала самое возмущенное лицо, на какое была способна:

— Ты представляешь⁈ Он такой неряха, рассеянный и совсем не аккуратный! А ещё жениться собрался!

От последних слов меня передёрнуло, но, кажется, матушку устроил такой рассказ.

— Значит, не приглянулся он тебе?

— Не-а.

— Так ведь красив, поганец?

— Ну, — я пожала плечами, вспомнив, как этот красивый сейчас выглядит. И похолодела, подумав о том, что он может возвращаться этой же тропой, и наставница увидит… — Поганец же! И неряха, — оглянулась на сарай, и добавила, вспомнив, что за собой-то он следит хорошо, — в хозяйстве. Может в дом, ужинать пора?..

— А что же мишка, уже выздоровел?

— Да. Знаешь, я удивилась, но… сегодня он уже хорошо себя чувствует. Вот со мной прогулялся к озеру. Омутных проведать. Зелье я приготовила для молодой мамочки…

На приподнятую бровь наставницы я даже загордилась, что смогла удивить ее, и забыла, что мое любопытство ждало ее рассказ. В итоге я поделилась тем, как помогла появиться на свет двум малькам. А матушка выслушав, задала несколько уточняющих вопросов, посмеялась моим метаниям в определении обращения к малышам. Но, кстати, тоже не смогла сказать точно, и мы решили звать из мальками.

— Ты посмотри, уснул. Доверяет ведьме?

Наставница устало, но заинтересованно посмотрела на медведя, что устроился у самого крыльца. За разговором мы присели прямо на ступеньки, где недавно я говорила Мяве, что она у меня лучшая. Вот и сейчас она довольно растянулась на коленях, но уже без капли ревности к медведю.

— Мне кажется, что он моим фамильяром стал, —призналась я наконец.

— Это почему?

— Я его спасла. Выходила. А он… — остановилась, поняв, что снова чуть не сболтнула лишнего. — Вот, доверяет теперь. Ходит за мной. Только не говорит пока.

— Пока?

— Мы надеемсяу придумать способ, — вмешалась, приоткрывая глаз, кошка, — чтобы заставить его говорить. Я же говорю…

Наставница вдруг рассмеялась, прижала меня к себе, и ответила:

— Заговорит. Никуда не денется. И способ отыщем, раз тебе такой фамильяр приглянулся. Черная, кстати, не против?

— Да яу что, как хозяйка решит. И вообще, есть хочетсяу — жуть!

Кошка потянулась и спрыгнула во двор.

— Ишь! И она не против! Вот удивили, так удивили. А кушать действительно хочется.

Мой живот тут же издал вопль голодного лося.

Пока мы собирали на стол немудреный ужин, я то и дело ловила на себе взгляды матушки. Интересно, это значит, что она мне не очень поверила? Или же догадывается, что не все рассказала? А как тут расскажешь? Стыдоба-то какая, в одной рубашке перед парнем стояла, да ещё и поцеловать пытался! Фу, мерзость! Это ладно ещё Мяву поцеловать — она милая и пушистая. А у него губы слюнявые… Бе! Это как слизняка целовать, наверное.

Накрыв на стол, я начала накладывать для медведя порцию.

— А это мишке, — пояснила наставнице, и гордо добавила: — И ему, кстати, нравится, как я готовлю. Хоть с заговорами, хоть без.