Книга Попаданка, предсказанная дракону, страница 10 – Надежда Фатеева

— Выучи. К утру, — последовал безжалостный ответ и взгляд янтарных глаз.

—Ты упомянула о новом платье герцогини де Монро. Это эм… несколько безвкусно и даже нетактично. Говори лучше об искусстве, например, о новой фреске в соборе Великого прародителя и Отца всех Драконов нашего рода. —Но ваша светлость, я… эм…еще не видела этой дорогой вашему роду фрески, — честно призналась я. — Тогда опиши ту, что видела в своих покоях, но добавь, что мазок мастера Тебарика кажется тебе более… одухотворенным.

«Да я в жизни кисточку в руках не держала, если не считать покраски забора на даче в детстве! Я —дизайнер и творю в компьютере или планшете!» — закричал мой внутренний голос. А потом началась самая жуть — магические обычаи. — В ночь золотого полнолуния,— его голос стал тише, в нем появились нотки того самого, жадного ожидания его победы, — ты вознесешь чашу с молодым вином к луне, — Эдриан многозначительно помолчал, выдерживая долгую паузу. — А после произнесешь слова благодарности стихиям за дар своей магии.

У меня в животе все оборвалось, а в горле пересохло. — Милорд, а какие… эм… какие именно слова я должна произнести? — запинаясь, пробормотала я, косясь на его кисть, с дорогим перстнем на безымянном пальце левой руки.

Он долго смотрел на меня, его янтарные глаза, казалось, сканировали каждый сантиметр моего лица, зрачки стали вертикальными и узкими.

— Те, что подскажет тебе твое сердце, Алисия, — он улыбнулся, и это было самое пугающее за утро. Его улыбка не согревала, а обжигала холодом. — Твоя магия сама найдет выход. Я жду этого момента. Увидеть, как твой дар раскроется, это то, что я больше всего желаю.

Меня затошнило. «Нет, дружок, ты увидишь, как я буду стоять с чашей и тупо мычать, потому что мое сердце подскажет мне лишь паническое «Мамочки, как бы мне отсюда поскорее смыться!»

— После соединения наших сил, — продолжал он, наслаждаясь, как мне казалось, моим одеревеневшим видом, — тебе уже не понадобятся эти магические ритуалы. Твоя магия станет частью меня, а мой дух… будет оберегать тебя, — он произнес это с таким видом, будто собирался не оберегать, а запечатать в самый дальний сундук отдаленной кладовой в замке. Мне показалось, будто он собирался не защитить, а съесть. И, по сути, так оно и было.

В какой-то момент, когда он с убийственной серьезностью объяснял разницу между веером «томление» и веером «надменное равнодушие», мои нервы не выдержали.

—Понятно, — вырвалось у меня. — То есть, если я просто хочу помахать себе от жары, это будет считаться вызовом обществу?

Эдриан замер, его брови медленно поползли вверх. В глазах вспыхнули золотые искорки — не интереса, а чистого, неподдельного негодования. —Ты…сейчас шутишь, надеюсь? — Эдриан подошел ближе.

—Я… пытаюсь разрядить обстановку, ваша светлость? — пролепетала я, понимая, что переступила невидимую черту.

Он сделал ко мне еще шаг, воздух снова сгустился, запахло грозой.

— Обстановка, Алисия, и без того достаточно «разряжена» твоим… уникальным подходом к обучению. Ты думаешь, это игра? Забавный спектакль?

«Да, черт возьми, да! Самый ужасный спектакль в моей жизни!» — бушевал внутренний голос. —Нет, ваша светлость. Я просто…» —Ты просто не понимаешь серьезности происходящего, — перебил он, и его голос стал тихим и опасным. — Каждое твое слово, каждый жест отныне — это отражение моей власти, и я не потерплю, чтобы над ними смеялись.