Книга С чистого листа. Ведьма общей практики, страница 111 – Елена Филимонова

За два с лишним месяца я так привыкла к шуму и веселой неразберихе, что сейчас, сидя в сонной кухне, чувствовала себя как в первые дни после «реинкарнации». Маленькой, потерянной и одинокой.

Не самый лучший настрой, учитывая, как работамне предстояла.

— Когда вернетесь, не стесняйтесь, сразу будите меня, юная мисс, — сказала Дебора.

Она, нахохлившись, сидела на подоконнике и сонно щурилась.

— Хорошо.

Я сказала так лишь потому, что знала — иначе Дебора не успокоится. Закрыла глаза и мысленно обратилась к источнику: он был полон, хотя сказать наверняка, хватит ли мне ресурса, я не могла.

Дебора тем временем переместилась с подоконника на стол и уселась прямо перед моей тарелкой. Желтые глаза смотрели серьезно и с ноткой подозрения. Зрительный поединок длился несколько секунд — я не выдержала первой.

— Что такое?

Сова прищурилась.

— У вас головная боль.

Способность фамильяра чувствовать состояние мага считалась полезным качеством, но в то утро я пожалела, что до сих не научилась ставить ментальные блоки.

— Ерунда. Пройдет по дороге.

Дебора упрямо покачала головой.

— Так не годится. Ваше самочувствие должно быть безупречным.

Я прикусила язык, прежде, чем язвительное «спасибо, мамочка» вырвалось наружу, и встала из-за стола, а заодно прихватила недоеденный суп. Меньше всего мне хотелось расстраивать Дебору или грубить ей, но от нервозности я стояла в миллиметре от красной линии.

— У меня есть пара техник, чтобы это исправить.

— На это потребуется энергия, — сову мои доводы не убедили. — А вам еще работать, а потом домой возвращаться.

Я понимала, к чему она клонит. Фамильяр мог «взять» на себя хворь мага, и такое часто практиковалось, но мне не хотелось эксплуатировать Дебору, да еще таким наглым образом.

— И поэтому я отдала тебе часть силы. А если ты сейчас займешься моим лечением, то израсходуешь ее зря. Вдруг, по возвращении она мне понадобится? К тому же… на ночь у меня будет для тебя задание. Так что лучше отдохни и наберись сил.

Возражать Дебора не стала, но всем своим видом показала неодобрение. А именно: нахохлилась, распушилась; мотнула головой, сердито ухнула и улетела в гостиную.

* * *

Петер открыл дверь еще до того, как я постучала.

— Доброе утро, иса Эгелина!

Он отошел, впуская меня в крохотные сени. От жилой комнаты их отделяла деревянная перегородка. Вместо двери на веревке висел кусок ткани.

Дор Ховены жили небогато: в их доме из серого камня было всего 2 комнаты: кухня-гостиная и спальня.

Несмотря на то, чтонужда здесь кричала из каждого угла, я не увидела ни пыли, ни грязи. Занавески накрахмалены, стол застелен скатертью, пол вымыт, вещи стояли на местах.

Сквозь открытые окна из ухоженного палисадника тянулся аромат цветов, но, стоило пройти чуть дальше, и он отступил перед острым запахом микстур.

— Она там, — Петер остановился возле выкрашенных белой краско й деревянных дверей. — Марта. — Он осторожно постучал. — Дорогая, ты спишь? Пришла иса Эгелина.

С той стороны послышался приглушенный стон.

— Заходите. — Голос был очень тихий, хриплый.

Мы вошли.

Марта полулежала на кровати. С момента нашей последней встречи она исхудала еще больше. Осуналась, под глазами залегли тени. На фоне белых простыней ее лицо казалось вылепленным из воска. Она посмотрела на нас и улыбнулась.