Книга Найди меня, держи в своих руках – не отпускай, страница 185 – Ольга Токарева

— А могу я увидеть магию в действии?

— Можете, но не рассчитывайте на то, что будете привлекать сына к расследованиям своих дел. Если вы отец, то должны понимать мое беспокойство.

— Понимаю.

— Сын, продемонстрируй главе тайной канцелярии свою магию.

Имран подошел к порталу, взмахом руки подхватил земляные частички и пылинки и запустил в них серебряный вихрь магии времени.

Гивский с изумлением смотрел, как он выходит из портала, как ведет разговор с Ир Куранским, как пятится и, уперевшись спиной в обгоревший столб, закрывает лицо руками.

Вытерев проступившие на лбу капельки пота, Сарун во все глаза смотрел на Имрана.

— Ты хоть понимаешь, чем обладаешь?

— Понимаю. — Взмахом руки Иран убрал магию времени. — Каждый в этом мире получает то, что заслужил.

— Да, конечно… Я поклялся кровью, и поэтому не смогу никому рассказать о твоем даре, но хочу попросить тебя об одной услуге.

В черноте глаз Имрана появились всполохи смеха: он уже догадался, о чем его будет просить канцлер, и не ошибся.

— Может так получится, что мои люди в силу различных обстоятельств не смогут раскрыть какое-нибудь преступление. Могу я тогда обратиться к тебе?

— Да. Вы можете связаться со мной через отца или найти меня в сыскном отделе столицы Ракронг Ривского государства. Я, как и брат, решил попробовать себяв сыскном деле.

— Повезло Гумилевскому: все преступления будут раскрыты.

Имран едва заметно улыбнулся: «Вот и помогли брату раскрыть его первое дело. И впереди у него еще не одно такое. В мире Эйхарон много пороков…»

От последней промелькнувшей мысли вмиг взгрустнулось. Сразу вспомнились зеленые глаза Санайви. А вот отражалась в них совершенно другая душа.

«Интересно… Какой она была в своем мире? Маленькая воительница с большой, красивой и сильной душой».

От ощущения прикосновений влажных прохладных губ, блуждающих по моей шее, скулы сразу сводит от брезгливости. Волной нахлынули воспоминания чужой жизни. Они окутывают меня любовью, предательством, ложью и… мерзким, похотливым лицом.

— Вот… черт…

Отшвырнув от себя мужчину, приподнимаюсь на локтях. Голова кружится, тело предательски слабое, но, слава Богу, пока еще не поруганное. Но, по тому, как настойчиво мужчина исследует губами мою спину, кажется, скоро я смогу опять прочувствовать прелести насильственного секса.

— Слышь… ты… — Повернув голову, смотрю вполоборота на мужчину. — Отвали. Мне не до твоих лобызаний. Голова кружится, и тошнит.

Темные крылатые брови короля резко взлетают вверх, похотливый взгляд янтарных глаз меняется на изумленный, холеное лицо вытягивается в непонимании.

Видно, до высоко титулованных господ туго доходит. Он снова набрасывается на меня. Но его попытке не суждено увенчаться успехом. Я группируюсь, упираюсь стопами в его живот и со всей силы распрямляю ноги.

Дар Мир Шинский летит с кровати, прикладывается со стуком затылком об пол, но сразу вскакивает, кипя от гнева. Лицо короля багровеет от злобы; он в ярости сжимает кулаки. Вялые влажные губы становятся жесткими.

— Ты еще пожалеешь об этом! — Шинский решительным шагом покидает комнату.

— Кто бы сомневался, — разносится мой одинокий голос в покоях будущих фавориток короля.

Обвожу взглядом золотое убранство комнаты, падаю на подушку, раскидывая руки в стороны, со счастливой улыбкой на лице. «Вика, вот ты даешь… Отказала самому королю».