Книга Девять жизней до рассвета, страница 116 – Амита Скай

Когда в дверь постучали, его руки стали каменными. Она уже не плакала, просто дышала им, запоминая запах, тепло его кожи, горячее дыхание и горькие поцелуи, его теперь белые волосы. Заправив прядь ему за ухо, она покачала головой, отвечая на незаданный вопрос и пытаясь запомнить его образ сквозь слезы. Он также отрицательно, замотал головой, сжимаяее сильнее и роняя голову ей на плечо.

— Не отпускай меня. — Тихо сказал он, обдавая кожу на шее горячим дыханием и сжимая ткань платья на её спине в кулаках. — Иначе я вернусь и разорю твое гнездо. Вырежу всех рыжих ублюдков, включая твоего муженька, и все равно заберу тебя.

Зажмурив глаза и на ощупь, найдя его губы, поцеловала в последний раз, а потом разорвав поцелуй, добралась до ушной раковины и хрипло прошептала:

— Буду ждать.

Он уехал, как только над темными ветвями запретного леса показалась бледная полоса света, которая с трудом пробилась, сквозь нависшие тучи.

Весь замок, словно единый муравейник знал, что происходит, и темный коридор был тесен от людей, пришедших попрощаться, но не произносящих ни слова, потому что их там не должно было быть.

В полной тишине он прошелся вдоль коридоров, следуя за королевой по дороге, которую они оба знали наизусть.

Внутренний двор, оплетенная высохшим вьюном стена, с кованной дверью, а за ней нервничающий конь в окружении волчьей стаи, чью численность не представлялось возможным определить. Волков было столько, что за их спинами, не видно было снега, и эта живая волна, скрывалась в лесной тьме.

Увидев все это, Алекс явно немного опешил, а потом опьяненные силой глаза загорелись огнем, вытянулись клыки, и она поняла, что его затягивает инстинкт.

— Я мог бы забрать тебя сейчас… — Обернувшись, протянул он, смотря на нее шальными глазами.

— Да ну? — Вскинув насмешливо брови, она улыбнулась и не спеша подошла ближе.

Ее глаза темнели по мере приближения, пока не стали полностью черными. Сначала она смотрела в золотые глаза Алекса, а потом сместила вектор своего внимания с его лица, на деревья за спиной. Проследив за ней, Алекс развернулся и вскинул взгляд с волков, которые первыми привлекли все его внимание на деревья, настолько черные, что в первое мгновение ему показалось, что случился пожар, но присмотревшись, он понял, что над морем волков, застыло черное море ворон, облепившее все ветви.

Он медленно скользил глазами вдоль всего периметра леса, и везде, куда дотягивался взгляд, были волки и вороны. Вышедшие провожать их придворные, так же как и они таращились в лес, смотря на две стаи, которым ни конца ни края.

Иногда кто-то из птиц перелетал с ветви на ветвь, а волки окусывались межу собой и подпрыгивая, пытались цапнуть ворону за хвост. Алекс молчал, и пауза затягивалась, пока он не взял коня за поводья.

— Ты достойная дочь своей матери.

Он запрыгнул на коня и заметил стоящего в смотровой башне Редаргара, при виде него на лице Алекса растянулась многообещающая ухмылка. Развернув коня и проехавшись вдоль забора, так, чтобы встать вровень с окном Редаргара, Алекс засунул руку за пазуху и вытащилблестящую, черную прядь.

Вскинув руку вверх, так чтобы у смотрящего не было сомнений в том, что он видит, Алекс проехал еще несколько метров, а затем, остановив коня, поднес прядь к губам и поцеловал.