Книга Ведьмы кениграйха, страница 34 – Анна Ланг

Девушка стала толочь в ступке травы, смешивая растения в одной ей ведомых пропорциях.

Аптекарь смотрел на Лили неверящими глазами. Лили мысленно пожалела Лелека, вроде взрослый солидный мужчина, аптеку держит, а, как малое дитя, не может прийти в себя.

— Лили, что ты задумала? За нарушение приказа тебя могут и побить, и расстрелять…

— Кто сказал, что мы будем его нарушать? Сходи к Юлиусу, попроси его сегодня посидеть дома. И купи весь тираж Вестника кениграйха.

— Лили, да что ты задумала?

— Лелек, сегодня я буду работать почтальоном.

Девушка споро упаковывала готовые сборы в газеты. Она мысленноприкидывала, сколько семей живёт в городе, и сколько травяных сборов ей придется упаковать.

Конечно же, Лили остановила гвардия. Девочка стала демонстративно жаловаться на внезапно заболевшего почтальона, на ушедшую Ансельму, на то, что теперь ей приходится разносить почту и работать кухаркой. Стражникам даже в голову не пришло ее досматривать, иначе они наверняка обратили бы внимание на подозрительно толстые газетные свёртки.

Благодаря находчивости Лили ни один житель квартала не заболел. Когда девушка доставляла газеты, она громко жаловалась на Юлиуса, а сама тем временем показывала каждому рецепт, написанный карандашом, от каких хворей и что принимать. Лили жаловалась на почтальона и самому почтальону, мол, она не нанималась выполнять его работу. Госпожа Ута, матушка Юлиуса, благообразная седая старушка, даже подарила Лили образок Божией матери.

После неудавшегося празднования закрытый квартал, казалось, вернулся к обычной жизни. Там, за его стенами, гремела война, умирали люди, в городе же были слышны только глухие отзвуки бомбежек и редкие слухи о союзниках кениграйха.

Лелек не рассказывал Лили, что гвардия снова взялась избивать жителей гетто, не рассказывал ей и о том, что пропадали целые семьи, только просил девушку не ходить в лес поздно вечером. Лили смотрела в тревожное лицо Лелека и соглашалась, на рынок можно и утром сходить, за травами в лес — тем более, многие растения лучше всего собирать в час волка.

Аптека превратилась в своеобразный клуб. Лили и Лелек не только помогали лечить недомогания, они утешали, в меру сил ободряли горожан, и выслушивали новости и слухи из — за стены. Лелеку удавалось беречь Лили от самых страшных известий.

Вот и сегодня, первыми посетителями аптеки стали Шнайдеры, кенигсфрау Шнайдер с дочкой. Лили обратила внимание на горделивую осанку посетительницы, и не могла не заметить облупившиеся носки туфель у госпожи, вытертое пальто — сколько бы вошедшие не пытались сохранять высокомерный вид, было понятно, что война коснулась и эту семью.

Юная кенигсфройляйн Шнайдер, златокудрая девочка лет 10, демонстрировала хорошие манеры, и все немного стеснялась обтрепанных рукавов и воротничка на своем бархатном платье.

Лили, как обычно, сделала вид, что ничего не заметила, обсудила с вошедшими привоз консервовна черном рынке, продала маме с дочкой сироп от кашля для девочки, и настойку липы и лаванды от мигреней для матери. Фрау Шнайдер, расплачиваясь, все же не удержалась и поведала, что ее супруга взял на работу известный обувной фабрикант, солдатам, мол, нужны сапоги, и работник без должного опыта, но старательный и внимательный, всегда будет в цене. Жаль, конечно, что аристократам приходится работать, добавила фрау, но времена нынче не те, совсем не те, а ее благоверный никакой работы не чурается.