Книга Ведьмы кениграйха, страница 43 – Анна Ланг

— Служу кениграйху, мой волк!

Фредерика и незнакомый мужчина выставили вперед ладонь, а затем демонстративно расцеловались. Бесшумные слуги забрали шубу у госпожи, и также, как и хозяин дома, проигнорировали Лили. Девушка тем временем рассматривала причудливую лепнину потолка,витую мраморную лестницу.

— Дорогая, это твоя дочь? Почему она не славит кениграйх?

— Берни, будь к ней снисходителен, она дикая и неотесанная. Ты же знаешь, откуда я ее забрала. Лизхен, славь кениграйх!

Лили так и осталась стоять, ей никогда не нравились все эти приветствия и восхваления.

— Лили!

Фредерика смотрела на дочь с чересчур ласковой улыбкой, так мальчишки — мучители иногда смотрят на животных, прежде чем приступить к пыткам, а их несчастные жертвы понимают, что сейчас им придется худо.

— Слава... кениграйху… — срывающимся голосом прошептала Лили, выкинув вперед правую руку. Девочка поняла, что сейчас не время спорить, если мать выкинет ее на улицу, то Лили просто будет некуда пойти. У Лили предательски заурчал желудок. Она вспомнила, что с утра ничего не ела.

Берни наконец посмотрел на Лили как на таракана.

— Фредерика, девчонка довольно неотесанна, надо будет поучить ее манерам. Но это не не к спеху, успеешь ещё выбить из нее всю дурь и грязь. Дорогая, собирайся, мы поедем в оперу.

Лили сцепила зубы. Она не будет плакать. Она ни за что не будет плакать. Она обязательно попытается найти контакт с матерью.

— Мария, — внезапно зычным голосом позвала Фредерика. — Эта… кенигсфройляйн — моя дочь.

К сожалению, манеры данной девицы оставляют желать лучшего, да и прибыла она из такого места, что… — на лице фрау возникло выражение крайней брезгливости. — нужно отрезать ей косы, помыть ей голову, да и всю ее мыльно — керосиновой смесью, обязательно сожги ее одежду. Взамен выдай какой — нибудь наряд для горничных, пойдет на первое время, отведи девчонку в комнату для гостей. Эти дни придется озаботиться и портнихой, нужны будут самые изысканные наряды. Мария, господин Бернард вот — вот спустится, прикажи подавать автомобиль.

Лили не дали даже возразить. Она попыталась было открыть рот, но Фредерика повернулась к ней и отрезала:

— Запомни, Лизхен, пока ты в моем доме, ты будешь делать то, что я скажу и как я скажу. Скажу прыгать — значит будешь прыгать. Скажу скакать на одной ножке — значит, будешь скакать. Если тебе что — то не нравится, ты можешь уйти сейчас. Руины и бомбежки тебя ждут. Хочешь есть, иметь крышу над головой — изволь повиноваться.

Фредерика фон Висбек по — королевски выплыла из холла, слуги склонились в угодливом поклоне. Горничная проводила господ, и потом Мария внезапно обняла Лили. Девушке показалось, что она хотела ей что — то сказать.

— Пойдем, девочка, будем делать так, как сказала фрау. Ты не думай, фрау Фредерика не всегда такая строгая. Из какого же места ты прибыла?

— Из закрытого квартала.

— Бедная голубка!

Мария громко ахнула и повела Лили наверх, по мраморной лестнице. На стенах на девочку смотрели люди с портретов — строгие, суровые, в их чертах сквозило надменное благородство, они, казалось, укоряли Лили за то, что ей здесь не место. Девушка еле удержалась, чтобы не показать портретам язык.

Вечером, в черно — мраморной ванной Мария остригла косы Лили. Когда горничная приводила в порядок постель, чтобы юной госпоже хорошо спалось, то заметила под подушкой спрятанные куски хлеба.