Книга Дитя Палача, страница 16 – Анна Ланг

— Эк копыта как особенно стучат, — заметил кучер, — небось, подковы-то из чистого серебра.

Скакун, которого Мелисса подкармливала морковкой, чей стук копыт она научилась различать, нес ей Сальваторе. Только любимый девушки больше не споёт ей серенаду, не обнимет, не подарит поцелуй… Девушка хлопнулась в обморок на руки подбежавшему дворецкому. Конь прискакал вместе с трупом Сальваторе.

Мелисса слегла с горячкой и пробыла в беспамятстве долгие несколько недель. Вызванный маркизом эскулап прописал горькие настойки и едкие притирания, и констатировал, что жизненные функции юной маркизы не нарушены, что девичий организм надобно беречь от потрясений, коими, видимо, и явились скоропостижная кончина Сальваторе Кавендиша.

Мелисса пропустила скромную похоронную церемонию, на которой тело Сэла предали земле, пропустила она и явление коронера, довольно быстро сумевшего установить причины, а вернее, людей, приведших к смерти Сальваторе. Маркиз Грейсток, узнав о том, что Брэндон и Альберт убили Кавендиша, сначала схватился за голову, а потом договорился с коронером, пообещав тому отдаленное поместье на юге страны.

Коронер согласился считать убийство Сальваторе происками проезжих банд, но, получив купчую на поместье, все же заявил, что будет следить за деятельностью братьев Грейсток, и в следующий раз никакие земли не заставят уполномоченного от Его Величества закрыть глаза на преступления. Маркиз смиренно согласился с заявлением чиновника, а сам подумал, хорошо, что его родственничка куда-то сослали, иначе Палач не оставил бы камня на камне не только от самих мальчишек, но и от него тоже.

Альберта и Брэндона маркиз выдрал плетью, на конюшне, собственноручно, и все приговаривал, что мало их в детстве порол. (*В средневековой Англии считалось естественным воспитывать детей при помощи наказаний). Маркиз возмущался, что, раз Кавендиша хотели устранить, надо было действовать умнее, тоньше. Подослали бы ему какую актрисулю, переодетую мелкопоместной дворяночкой, оженили бы насильно. Долго ли, умеючи. И Мелисса была бы свободна, и Кавендиш убран с дороги, а маркиз так желал устроить дочери выгодную партию. А теперь, неизвестно, очнётся ли девчонка вообще.

Поротых непутевых сыновей Грейсток отправил с первым торговым судном на остров Эльба, выдал подъемные и велел сидеть тише скошенной травы. Супруге же маркиз строжайше наказал сказать дочери, если та очнётся, сообщить, что Сальваторе стал жертвой заезжих банд.

* * *

Мелисса очнулась промозглым осенним утром. В занавесках из дамасского хлопка запутался робкий солнечный луч, не греющего уже солнца.

— Пить, — прошептала девушка.

— Батюшки-светы, моя леди, очнулись! —запричитала служанка. — Сей момент, ваш светлость, сей момент.

Мелисса с наслаждением пила холодную до ломоты в зубах воду.

— Эмили, позови отца.

Маркиз, явившийся в спальню дочери под радостные возгласы служанки, отметил нездоровую бледность и излишнюю худобу девушки.

— Рад видеть тебя в здравии, дочь моя.

— Папенька, я хочу уйти в монастырь.

* * *

Маркиз собрался было открыть рот и как следует отчитать нерадивую дочь, но вспомнил, что девчонка пережила потрясение.

— Я пришлю горничную, она поможет тебе привести себя в подобающий леди вид. Как только ты оправишься, Мелисса, мы поговорим.