Книга Услуга Дьяволу, страница 123 – Валерия Воронцова

— Искренность не может быть вульгарна, в заботе нет никакого позора, — продолжил Дан. — А важно, моя Хату, то, что подумаю я, а не другие, — повелитель улыбнулся. — Я разрешаю, более того, настаиваю, чтобы в моем обществе, когда мы наедине или все равно что наедине, как сейчас, — он небрежно кивнул в сторону, намекая на снующих вокругсмертных, — ты мыслила и действовала свободно, вне правил этикета и арифметики титулов.

— Тебя все это утомляет, да? — предположила я. — Правила и арифметика.

Дьявол кивнул на трубочку, поблескивающую медом, как и его глаза, и снова предложил мне взять его под руку. Тесто таяло во рту, тонкая ткань рукава не мешала чувствовать шелк его пиджака, мы снова шли между лавками мастеров, и я уже не думала, что Каратель удостоит мой вопрос ответом, когда он заговорил:

— Выполнение каждым членом общества собственных обязанностей, соблюдение им законов царства и его внутренней иерархии неоспоримо важны. Моя обязанность следить за тем, чтобы все неоспоримо важное для Подземья происходило согласно установленным правилам, а их нарушители получали соответствующее их проступку наказание. Для меня это такая же рутинная работа, как для того мастера выбирать кусок мрамора для новой скульптуры, — он кивнул в сторону лавки, где молодой рыжеволосый резчик с острой бородкой и пышными усами демонстрировал покупателям статуэтки и фигурки из белого, черного, розового, зеленого и даже синего мрамора. — Или как для тебя проверять сметы резиденции и отчеты о поставках продовольствия из Домов других моих подданных. Однако эта рутина — неотъемлемая часть власти, а власть в руках глупцов и лентяев слишком быстро превращается в яд и для правителя, и для его народа. Поэтому, моя Хату, правила меня не утомляют, особенно, когда у них появилось столь очаровательное исключение.

Я могла бы признать это честью. Или поблагодарить за доверие, оказанное мне повелителем. Множество вариантов ответа придут ко мне позже ночью, а последние из них догонят к вечеру следующего дня, но в то мгновение я ответила, как он хотел: свободно, не оглядываясь на каноны. Потому что я всегда старалась поступать так, как хотел мой прекрасный господин. Возможно, чувствуя силки судьбы задолго до того, как в них попасться, так я пыталась оправдать один-единственный акт своего неповиновения.

— Что ж, думаю, как твоей радости, мне позволена некоторая исключительность, — серьезно покивала я, отчего Каратель расхохотался, и вряд ли кто-то смог бы меня убедить, что не его заразительный смех в те мгновения повлиял на оживившуюся торговлю вокруг.

— Очень верная мысль, — покивал Дан, отсмеявшись.

До полудня мы обошливесь рынок, в центре которого на широкой площадке работали мастера развлечений. Акробаты и жонглеры, певцы и танцовщицы, музыканты и художники, заклинатели зверей и птиц, глотатели огня и силачи… Я смотрела на каждого, обсуждая с Даном представления и спрашивая повелителя об их умениях — некоторые трюки казались слишком невероятными, чтобы простой смертный был способен на них без магии или мошенничества.

На другой стороне рынка, расположенной за площадкой развлечений, стояли лавки более дорогих искусств и умений. Здесь продавались разноцветные ткани, тонкие, как паутина, и блестящие, как шелк, домашняя утварь из золота и серебра, украшения с драгоценными камнями. Было даже то, чего я совсем не ожидала увидеть: между лавкой с изделиями из жемчуга и аптечными снадобьями стоял шатер ведьмы. Девочка-зазывала предлагала проходящим мимо женщинам и девушкам узнать будущее и купить браслеты, приманивающие любовь.