Книга Безумная Ведьма, страница 265 – Элизабет Кэйтр

Эсфирь дёргает бровью, как гвардейцы, стоявшие у входа в палатку и по периметру – вспыхивают, словно спички. Она щёлкает пальцами, и на ладони оказывается четвёртая стрела Каина.

— Маленькая сука, — слышать такой голос Видара физически больно, но ещё больнее наблюдать за тем, как он вскидывает руки, готовясь нанести удар.

Ничего не происходит, его словно клинит. Руки напряжены, тремор в пальцах правой ладони и вовсе достигает пика, но магия не в состоянии причинить боль родственной душе сосуда.

— Видишь ли, наша родственная связь с Видаром – оказалось хорошим подспорьем для твоих сил, — хмыкает Эффи. Она снова щёлкает пальцами, чтобы подбегающую нежить постигла та же участь, что и предшественников. — Она никогда не позволит причинить мне боль, как бы ты, горе-сущность, этого не хотела.

— Не я – так моя армия расквитается с тобой!

— Нет. Ты скормил мне много сказок, — хмыкает Эсфирь, вертя в руке стрелу. — А я их выслушала, — ведьма взмахивает рукой, образуя вокруг них высокое пламя, которое наверняка видно её Поверенным. — Послушай теперь ты, ведь я тоже хочу увидеть, как твои глаза наполняются страхом. Никогда не задумывался, почему у ледяной ведьмы огненная магия? Видишь ли, когда я тонула – моим единственным желанием было – согреться. Видимо, Хаос услышал мои молитвы, потому что потом– огонь неразрывно шёл со мной. То, что нас не убивает – награждает силой. Эта стрела для тебя. Она убьёт тебя, но сделает сильнее его.

— Ты настоящая идиотка, если считаешь, что твой драгоценный Видар выживет.

— И ты, если считаешь, что можешь лгать и обводить вокруг пальца ту, кто за долгую жизнь во лжи научилась её различать.

Воздух вокруг Эсфирь накалился не только из-за огня, бешеная энергетика ведьмы, внутренняя тьма, все обиды, ярость, ненависть – всё это сплелось вокруг, заставив землю дрожать. Наверное, если бы ей было под силу обрушить небесный свод на плечи всех находящихся на поле боя – то он бы уже давно валялся обломками, прибив к земле нежить. Она вытягивает левую руку, словно задавая траекторию для полёта стрелы, а последняя взлетает на уровень груди. Осталось лишь направить ладонь на себя, но Эсфирь медлит, всматриваясь в черты лица Видара, оглаживая взглядом каждый острый угол, белоснежно-серебристые волосы и разрастающийся огонь за широкими плечами.

Тьма велит его губам что-то говорить, и он говорит, наверняка гадкое, разъедающее, но Эсфирь не слышит. Она изо всех сил уговаривает себя отпустить стрелу в полёт, но ложь Тьмы смогла посеять зерно сомнения.

— … не можешь?

Обрывок фразы долетает до ушей, и Эсфирь сильнее стискивает челюсть. Видар будет жить. Ведьма готова поклясться. Она не заденет сердце, попадёт ровно в солнечное сплетение, то место, где сердцевина сущности. После того, как сущность расколется, нити родственной связи затянут брешь. Видар сможет изнутри уничтожить все остатки сущности и… вернуться к ней. К своей стране.

— Наслаждаюсь твоей агонией, — хмыкает Эсфирь.

Ведьма дёргает ладонью и… отпускает стрелу. Видар скалится, словно ждал этого всю жизнь и делает попытку поймать её, но та пролетает мимо, в нескольких миллиметрах от виска.

— Неужели наша ведьма промазала? — дикий хохот заканчивается так же резко, как и начинается.

Тьма не сразу понимает, что ведьмы и след простыл.