Книга Кровавый Король, страница 121 – Элизабет Кэйтр

Стоит губам коснуться манящего изгиба талии, как громкий возглас срывается с губ Эсфирь.

— Тише, инсанис, тише, — мурлычет Видар, поднимаясь выше и целуя грудь. — Дыши глубже,мне нравится слушать твоё отсутствующее сердце.

— Возможно, моё реальное сердце стучит так, что рискует быть обнаружено кем-то очень… опасным, — медленно шепчет Эффи, прикрывая глаза от дикого наслаждения, когда его губы перемещаются на ложбинку меж грудей.

— Интересно, мне доведётся когда-нибудь увидеть его?

Видар ловко укладывает Эсфирь на кровать, нависая сверху.

— Несомненно, — хмыкает она, освобождая его от рубашки.

Желание короля чувствовалось каждой клеточкой её очарованного тела.

— Какая нетерпеливая инсанис… — кривовато ухмыляется Видар, блуждая по телу руками.

Оно плавилось, извивалось, заставляло себя вожделеть. И Видар желал её так, что пьянел от ответных ласк не хуже, чем от выдержанной столетиями амброзии.

Изящная рука тянется к пуговицам на брюках, но Видар сам, в считанные секунды, отшвыривает оставшиеся части одежды куда-то в сторону. Страстный поцелуй полностью перетягивает внимание до тех пор, пока её ногти не впиваются в мускулистые плечи, а спина не изгибается от опасного наслаждения им, её королём.

— Не будь такой громкой, инсанис. По крайней мере, не сегодня. Я знаю, что ты — плохая девочка, — сквозь поцелуй шепчет Видар, двигаясь мучительно медленно.

Затуманенный взгляд не видел ничего прекраснее её извивающегося тела; взгляда, подернутого дымкой желания; алеющих волос, рассыпавшихся по белым простыням и… раскрасневшихся щёк нежной кожи.

— Видар! — его имя врезается прямо в сердце, она блаженно прикрывает глаза.

— Смотри на меня, — требует король, целуя каждый пальчик руки, что так отчаянно тянулась к нему.

Он склоняется прямо над ней, восхищенно разглядывая лицо, полное страсти, желания, вожделения и… любви.

Эсфирь мурчит его имя, прикусывает кожу рук, смотря на него самым ласковым и одновременно с тем хитрым взглядом. Она чуть приподнимается, обвивая шею руками, а затем прикусывая мочку уха. Его рык отдаёт в рёбра, равно как и её сладкие стоны взрывают в мозгу все нервные клетки.

— Мой Король… — с губ Эсфирь срывается тихий шёпот, отуманенный страстью.

Видар, на едва различимую секунду, замедляется, словно ему нужно было проверить — реально ли то, что происходит с ним. Очередной сладкий вздох, и он ловко расцепляет хватку ведьмы, находя её губы своими. Углубляет поцелуй, стараясь вдовольнапиться из этих дурманящих пухлых губ. Целует снова и снова. Остервенело. Истосковавшись.

Он зажимает рыжие кудри в кулак, боясь, что она может оттолкнуть его точно так же, как той ночью, на треклятой кухне тётушки До.

Усмехается, проводя языком по нижней губе, поддразнивая, и снова дарит яркий поцелуй, что вспышками звёздного света прокрадывался в самые отдаленные и укромные уголки памяти. Эсфирь лукаво улыбается, прикусывая и оттягивая на себя нижнюю губу Видара. Не только он умеет дразнить.

От нового всплеска эмоций оба теряются во времени и пространстве. Лишь разгоряченные тела и переплетенные души напоминали им о том, что всё происходило в реальности. Что они действительно горели ярким огнём. Что они были вдвоём. Единым целым. Непризнанными родственными душами.