Книга Кровавый Король, страница 138 – Элизабет Кэйтр

— Замолчи, или я вырву твоя язык, — глаза Видара подёрнуты мутной пеленой. Он даже не смотрит на нахалку.

— Придумай что поинтереснее. Было уже, — беспечно пожимает плечами она, глядя прямо на кривовато улыбающегося сильфа.

Перед ними стоял герцог Тропы Ливней собственной персоны.

— Ваше Величество! — Он кланяется Видару. — Госпожа Советница! — Поклон для ведьмы другой. Более почтительный. — Моё имя — Таттиус Имбрем Орфей Цтир. Я герцог Тропы Ливней Айшграйфа. Был почётным гостем от моего короля на Вашем Посвящении…

Видар стискивает зубы, изо всех сил стараясь оставить лицо безмятежным. Клинки, по краямсапог обжигают кожу. Эсфирь же позволят себе нахмуриться.

— …Я прошу прощения за беспокойство и за то, что отрываю Вас от важного дела. Но… я ничего не мог с собой сделать. Прошу, выслушайте меня!

— Конечно, я выслушаю Вас, герцог Таттиус. Вы гость моей Тэрры.

— Благодарю Вас! Дело в том, что, увидев Вашу Советницу — я более не мог оторвать от неё взгляда…

Эсфирь тут же теряет интерес, рассматривая герцога со скучающим видом. Ей повезло нарваться на него целых два раза. В разных обличиях. И два раза он пытался завладеть её вниманием. Как до устали примитивно.

— …Я, с позволения Вашего Величества, хотел бы предложить ей руку и сердце, — заканчивает герцог.

Эсфирь улавливает в его глазах отголоски чего-то опасного. Древности. Она аккуратно переводит взгляд на Видара. Такие же отблески сверкали в нём самом.

От короля веяло безмятежнымспокойствием. Уголок губы медленно тянется к верху, дыхание ровное, Эсфирь даже кажется, почти мёртвое. Сердце делает мощные тихие удары. Ни одной мимической морщинки, ни малейшего намёка на дьявольский задор. Мертвенное ничего.

— Позволения не будет.

Три слова. Три брошенных клинка из его сапог. Точно в два глаза и лоб. Четвёртый он припас для сердца. Её сердца.

Эсфирь почему-то почувствовала странное облегчение. Запретил. Хотя, за все часы издевательств мог ответить её тошнотворным: «Да, это хорошая партия!».

— Но… Ваше Величество… — герцог делает безуспешную попытку привести весомые аргументы, но осекается, наткнувшись на взгляд Видара.

Эсфирь видит, как Таттиус делает шаг назад. Но есть в нём что-то неестественное, такое фальшивое, что видно только под определённым углом зрением. И как ведьма не смотрела — не могла нащупать. Лишь шаг. Один шаг. В котором он будто бы захромал. На одно мизерное мгновение.

Король поднимается. С какой-то опасной грациозностью. Даже солнце прячется за плакучей ивой, опасаясь гнева. Тень падает на линию скул, делая лицо ещё жёстче и острее.

— Моё решение Вам ясно. Аудиенции на сегодня окончены. Нам с госпожой Советницей пора удалиться.

Неразборчивые извинения и быстрые шаги — единственные звуки, под которые слуга и герцог покидают тронный зал.

— Прежде чем ехать, переоденься в камзол. Я велю принести его в твои покои.

Голос звучит сухо. Он сдерживал незлость. Ярость. На себя. На неё. На демонова герцога. Отчаянно не понимал, почему мысль об одном её увлечении кем-то так претила. Часть сердца, свободная от ненависти, искренне хотела, чтобы весь её угол внимания клином сошёлся на нём. Только ему она дерзила. Только с ним позволяла себе насмешки. Только ему дарила закатанные глаза. Только для него были её рассуждения и улыбки.